24
переключение фона
МИСТИКА • АВТОРСКИЙ МИР • ВЫЖИВАНИЕ
активный мастеринг, сюжетные квесты, крафт, способности, перезапуск

Нашему форуму .

Игровой сезон: "Дискордия".
29.03.2019
Обновлён дизайн, все вопросы и пояснения в теме
Обновление дизайна

05.02.2019
Создана тема с описанием кораблей и ключевых фигур нового сезона
Начало пути | Отплытие
body { background: url(http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/40525.png) no-repeat top center, url(http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/15761.jpg) no-repeat top center, url(http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/68460.jpg) repeat-y top center; color: #101010; filter: grayscale(70%);} .punbb a:hover, .punbb a:focus, .punbb a:active, .punbb-admin #pun-admain .nodefault, .punbb-admin #punbb-admain a:hover, .punbb-admin #punbb-admain a:focus, .punbb-admin #punbb-admain a:active {color: #695f50; text-decoration: none;}
body { background: url("http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/40525.png") no-repeat top center, url("http://forumfiles.ru/files/0019/4c/60/20915.jpg") no-repeat top center, url("http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/68460.jpg") repeat-y top center; color: #101010;} body { background: url("http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/40525.png") no-repeat top center, url("http://forumfiles.ru/files/0019/4c/60/88015.jpg") no-repeat top center, url("http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/68460.jpg") repeat-y top center; color: #101010;} body { background: url(http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/40525.png) no-repeat top center, url(http://forumfiles.ru/files/0019/4c/60/61587.jpg) no-repeat top center, url(http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/68460.jpg) repeat-y top center; color: #101010;} body { background: url(http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/40525.png) no-repeat top center, url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/67331.jpg) no-repeat top center, url(http://forumfiles.ru/files/001a/09/3c/68460.jpg) repeat-y top center; color: #101010;}


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Яндекс.Метрика
ПРАВИЛА ОЧЕРЕДНОСТИ
В очереди указываются все игроки, которые находятся в локации. Все, чья очередь еще не наступила, выделены серым цветом.
имя - очередь этого игрока
- очередь сюжетной игры / переполнение локации (5 дней на пост)
- очередь обыкновенной игры (7 дней на пост)
имя - игрок временно вне игры
>> имя - персонаж ожидается в локации
[имя] - персонаж отыгрывается гейм-мастером

Уважаемые игроки! Не забывайте входить в систему (примечание: вход возможен не на всех мобильных устройствах) перед тем, как начинать игру, иначе ваши посты не засчитаются или отпись вовсе будет невозможна. Для входа в систему нажмите кнопку в левом нижнем углу экрана. В ходе действий по дальнейшей инструкции кнопка станет белой. Если этого не произошло, обращайтесь в данную тему .

Последний Рай | Волчьи Истории

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Склады

Сообщений 301 страница 314 из 314

1

http://satirics.net/d/img/186d103a89c0bb1b3e89.pngЗдесь часто ищут пропитания бродячие собаки, а также здесь практически всегда можно заметить городских волков. Люди сюда утилизируют продукты, которые уже не пригодны к пище, поэтому для бродяг здесь - просто настоящий рай.

Ближайшие локации
------------------ ♦ ------------------
Север | Лесопарк
Юг | Дворы
Запад | Городские поляны
Восток | Рынок

0

301

--->> Вне игры

Врачи, как представлялось, без дела не ходят. Не имеют ни свободной минуты. Столь уважаемые личности всегда заняты какими-то там уважаемыми делами. Так, чтобы сохранить своё бравое, героическое имя в недлинном списке чьих-то имён. Они совершенно разные: начиная с храбрых охотников, заканчивая какой-нибудь особенной женщиной с целым выводком детей, о которых, она, к большой радости или сожалению, успевает заботиться всей своей материнской сущностью. Всё же… Везде можно прославится. И такое глухое, одинокое захолустье как Город вряд ли чем-то отличалось от других многих городов за бесконечной чертой горизонта – люди влюбляются, двигаются вверх по своеобразной карьерной лестнице, мысленно впечатывают свои имена в живой, дышащий лес, в родные стены крохотного домишки, оставляя после себя что-нибудь или кого-нибудь. Со стороны это смотрится так мелочно: даже эти сгрудившиеся домики, гордо называющие себя целым Городом, люди, которые живут мимо, текут по течению времени и исчезают, тонут, умирают. Видишь всё так, будто наблюдаешь со стороны за игрой маленькой девочки, изображающей шутливую и суетную жизнь в картонной коробке. Её маленькое царство с крохотными строениями, склеенными, бумажными крышами, стенами из спичек и зубочисток, дорожками, проложенными грифелем карандаша и… Крохотными куколками из лоскутиков. Но… Тем не менее, Алистер не жаловался – он вырос в подобной обстановке, привыкший играть по правилам. Ему это даже нравится, что там! Приятно слышать, что люди тебя ценят. Что там какие-то далёкие, философские размышления о далёком и недоступном мире, когда тебе хватает одной улыбки, чтобы найти какой-то там смысл в собственной жизни? Подобные вещи Алистера мало заботили. Он не любит приключений и испытаний, которые сваливались на его голову, размышления о высоком и возможном не заботили его. Всё было, в каком-то смысле, плоско и примитивно, не создавало проблем и проносилось мимо. Самое главное – «чтоб не я»… Самое главное – жить тихо и по-доброму легко. Завести семью, которую ты должен любить, детей, которые обязаны перенять твою стезю в будущем. Не выделяться и дело с концом.
Людная улица, а наш герой чувствует себя панически одиноким – какое-то такое старческое чувство, которое накрыло совсем молодого мужчину. Это противное чувство всегда приходит утром и требует пары махинаций простых действий. Что ж, со всеми бывает. Думаю, что всё вылечит нашего пациента хороший разговор или пол стакана некрепкого алкоголя. За этим своеобразным «лечением» он направлялся неспешным, неторопливым шагом в какое-то там заведение на углу, названия которого он не помнил и назвал бы, если честно, с трудом – компания найдётся, да и есть чем разжиться. Подошва обуви шаркала о мокрую улицу. Он шёл, расправив плечи, с таким занятым выражением лица: сдвинутые брови, уголки губ, которые медленно соскальзывают вниз, напряжённые челюсти, которые жуют в зубах невидимый листок бумаги. Благо, сегодня в свою смену Алистер  вступает вечером.
Внезапно мимо него проносится такое волкоподобное создание, заливаясь лаем, вынуждая его остановиться на секунду, опешив от этой картины, врач задумался, наблюдая за созданием которое ускакало к какому-то торговому прилавку. Возможно, потерялся дружок? Нужно бы найти его хозяев, но для начала утихомирить создание и… Хах, обратить его скачущее внимание на себя. К счастью, на несколько секунд пёс остановился. Алистер достаточно громко обратился к нему, похлопав по холке:
– Чего ты носишься, всё хорошо? Потерял ли кого? – на ответ он, разумеется, не надеялся. Это было сказано так… Для верности.

+2

302

Оглохнув от собственного громкого лая, который казалось умирал здесь же, совершенно не доносясь до уха стороннего наблюдателя, пятнистая собака без устали пыталась привлечь внимание к своей персоне. В ее голосе уже слышались нотки хрипоты, когда с той стороны баррикад послышался посторонний шум. Няха умолкла, прислушиваясь всем своим нутром к обстановке снаружи, стараясь распознать кого ей нужно будет благодарить в случае своего освобождения, однако сверху опасно заскрипела одна из балок. Ниагара подняла голову как раз в от момент, когда на нее посыпалась пыль вперемешку с каким-то мелким мусором и пылью. Вся эта грязь попала в глаза, заставляя гильдийку зажмуриться и опустить голову вниз в надежде избавиться от неприятного ощущения хотя бы так. - Да чтоб тебя - тихо выругалась себе под нос, активно обтирая морду от грязи об лапы, а тем временем с той стороны послышалось оповещение, что подмогу сейчас найдут.
Курц хотела было что-то крикнуть вдогонку, но не стала, посмотрев лишь в ту сторону, откуда слышался крик, но увидела перед собой только груду мусора. Многострадальные глаза, тем временем, окончательно привыкли к темноте, позволив охрипшей собаке получше осмотреться. Вспомнив свою лихую молодость, пятнистая не нашла ничего ужасного во всем этом месте, даже наоборот, какая-то дворовая романтика присутствовала. Вспыли забытые воспоминания, мелькнувшие яркими фрагментами словно в диафильме, унося собаку на несколько лет назад. Тут нет ничего страшного -  пыталась успокоить себя, загнанная в ловушку собственной глупостью гильдийка, понимая, что никогда еще не чувствовала себя на столько беспомощно. Наличие помощника с той стороны не на долго подбодрило охотницу, однако с его уходом снова захотелось громко лаять, лишь бы с той стороны снова услышать хотя бы что-нибудь.
Застрявшая задняя лапа неприятно заныла, привлекая к себе внимание. Увлеченная всеми этими событиями, пес совсем не обращал внимания на застрявшую конечность, которая теперь была натерта и появилась неприятная пульсация. Ниагара попыталась получше рассмотреть, как именно застряла лапа, однако все ее кручения на мести не возымели должного успеха, лишь сильнее царапая плоть. Очередной раз тихо скульнув, курц тяжело вздохнула, покорно ожидая своих спасителей.

+2

303

Лагуз вздрогнул от неожиданности, когда чья-то ладонь опустилась ему на шею, резко обернулся, готовясь схватить всякого, кто пытается ему навредить. Мужчина с добрыми глазами наклонился над ним, явно пытаясь разобраться в ситуации. Неловко получилось, но это от все нарастающей паники. Лагуз виновато вильнул хвостом, но сейчас не время раскисать. И почему люди собачий не понимают? Лагуз залаял, обращаясь к человеку, сделал пару шагов в сторону переулка, из которого прибежал и выжидающе оглянулся. Поймет? Нет времени ждать, пока до человека дойдет, нужно испробовать все. Лагуз развернулся, прыжками достиг человека, схватил за штанину и потянул за собой, вынуждая либо сделать шаг, либо попрощаться со штанами и поприветствовать дыру под коленкой. Прижав уши, пес отпустил человека, и снова отбежал: вдруг он разозлится? Тогда псу придется уже за свою шкуру опасаться. В последний раз призывно залаяв, Лагуз вытянулся в охотничью стойку, указывая носом направление. А вдруг человек из гильдии? Полукровка размышлял лихорадочно, потеряв последние остатки благоразумия: ведь каждая секунда может оказаться для того бедняги последней. Может стоит позвать и других, но он выбежал на торговую улицу около трущоб, здесь никому до других дел нет, особенно если ты оборванный пес. Обративший на него внимание незнакомец - настоящее чудо для попавшего в плен собрата. Лихорадочно размышляя над всем этим, пес все еще оставался в стойке, игнорируя идущих мимо него людей.
Больше нет сил ждать, Лагуз в последний раз выкрикнул:
- Спешим!
Оглянулся на человека и побежал, побежал туда, где из под остатков разрушенного здания раздавался голос. Скорее, быстрее, не оборачиваясь, чтобы не разувериться в человеческой доброте: вдруг он мчится в одиночку? Лагуз знал, что люди не слишком-то быстры, поэтому не гнал во весь дух, но сердце замирало только при мысли он том, что он может опоздать.

+3

304

Этот волкопёс отчаянно настаивал, чтобы Алистер бежал. Мчал во весь опор в этот треклятый и тёмный переулок, который напрямую ведёт к складам. Фебер загадочно улыбнулся – он с трудом понимал то, что происходит, но отчаянно пытался раскрыть загадку отчаянно мечущихся глаз. Сейчас мы вместе с ним разберёмся с характером мыслей, разбирая эти скачущие знаки по полочкам, которые соберут всю картину воедино. Это точно снимать высушенное белье с верёвки и раскладывать в определённом, царственном и нерушимом порядке по полкам в шкафу на разной высоте. Он ухватился за штанину и смело потащил незнакомца в столь важный для пса узкий коридор, в его движениях проглядывалось явственное беспокойство. Без малого, стоит заметить, что собаки обладают чудной способностью отзываться на помощь со всем добродушием своего огромного сердца. Именно поэтому первое, о чём он подумал было: «А не случилось ли чего страшного?» Его душа встрепенулась, он выпрямился и последовал за своим проводником, настолько взъерошенным и взбудораженным, что можно было легко представить, как под бархатными подушечками, мягко ложащимися на дорогу, сверкают искры.
Врач едва поспевал за псом, который даже не спешил оглядываться или тормозить. Его крохотная фигура скачущим пятнышком замерла на фоне домов, сменяющихся старыми развалюхами. Они давно уже пересекли дозволенную границу обещанной безопасности. Со складами шутки плохи – многие дети, которые посещали это жуткое захолустье возвращались в больницу с ушибами, порезами, переломами, а то и со следами от укусов и другим пёстрым букетом различных повреждений. Бродячих собак здесь полно, самое главное держать уши востро,  да и какая-нибудь балка так и норовит упасть на голову и пришлёпнуть тебя к земле – пиши: пропала после вся твоя дальнейшая, счастливая жизнь. Родители с самого детства строго-настрого запретили наведываться сюда, потому что любая игра могла обойтись ценой собственной жизни, которая в глазах его семьи была священна, как и для любого родного человека, даже близкого душой.
Наконец, провожатый Алистера сбавляет обороты, наконец позволяя себя догнать. Фебер согнулся в три погибели, опершись горячими ладонями о собственные колени, он тяжело дышит и хватает горячий воздух порциями. После подобных пробежек у врача темнее в глазах, а ноги ноют… Что ж, он далеко не охотник, а физическая подготовка находится на уровне «ниже среднего». С этим-то телом сложно было бежать столь длинные дистанции. Алистер кладёт руку на холку своего нового знакомого и похлопывает его…
– Чёрт с два… Я за тобой… В следующий раз побегу… – горячо дышит доктор, распрямляясь, он вздыхает и распрямляется, чувствуя как скрипят позвонки, – Так… Ну так что?.. Ты меня привёл сюда…
Алистер внимательно осматривает место, приведя дыхание в чувство, он смотрит поверх развалюхи, которая восстала пред ним. Он вопросительно смотрит в сторону своего нового знакомого.
– Ты хочешь, чтобы я зашёл внутрь. Я… Правильно понимаю? Ну что ж… Если что-то важное случилось, то я не смею тебе отказать, друг мой.
Он вздыхает и засучивает рукава... Боюсь, что сегодня мы будем играть в прятки с самой смертью. Сегодня, надеюсь его самый удачный день? Он сделаю это, да? Несложно представить то, как ему страшно. Это здание может с лёгкостью обвалиться и похоронить под бетоном, пылью и металлом всех, кто здесь находится.

+4

305

Время растянулось подобно жвачке, прилипшей к подошве в жаркий день. И тянется и тянется, никак не отлипнет и не порвется. Так же чувствала себя пятнистая собака, которая из-за застрявшей лапы не могла толком ничего сделать: ни лечь, ни сесть, лишь стоять на месте, изредка перетаптываясь. Разглядывать мусор удовольствие то еще, да и он был весь уже детально изучен. каждая мелочь.
Она тяжело вздохнула раз, другой, после чего начала отмерять время по количеству тяжелых несчастных вздохов в минуту. раскрывающих всю тяжесть собачьего бремени. Для чего я живу? Какое у меня предназначение? Ведь если я не вернусь в Гильдию, то никто и не заметит. А если и заметят, то ничего ведь не изменится. Я просто пропаду. Всегда кто-то не возвращается обратно. Кто-то раньше, кто-то позже. Редкие счастливчики доживают старость на ковре возле камина. - собака тяжело вздохнула, случайно вспомнив про свою бывшую хозяйку. А с ней был и камин, и ковер... И сосиски...Что этим людям нужно? Я же и на ковре спать могу, и в палатке! И...и! - тяжелый вздох.
Однако это занятие вскоре наскучило, после того, как она несколько раз сбивалась и начинала считать сначала. От мысли, что лучшие годы своей жизни она проводит в  этом месте без изысков,собака начала подвывать. Сперва совершенно тихо, себе под нос, она скулила ровно до того момента пока с той стороны не послышалось вошканье.
Замерев всем своим существом, пятнистая сконцентрировалась на своем слухе, пытаясь разобрать речь и кому она может принадлежать.
- Да! Да! Да! Да! - завизжала охотница,  пританцовывая на месте, однако зафиксированная конечность не позволяла разгуляться как следует. Как жаль, что ее радостный победный танец никто не увидел.
- Я здесь! Я здесь! Я здесь! - заливалась громким пронзительным лаем курц. Ей казалось, что она недостаточно громка и ее непременно не заметят, стараясь выдавить свой максимум из голосовых связок.
- По-мо-ги-те! Лю-ю-юди-и-и! - воет, не скрывая радости в голосе. Коротки хвост активно прыгает из стороны в сторону, как и его трех лапая хозяйка, ожидающая своих спасителей, но при этом не затыкающаяся ни на минуту.

+3

306

Человек, хотя и был недоволен, побежал за ним, он начинал псу нравится, хотя в данной ситуации об этом рано было задумываться. Пока мужчина осматривает место, Лагуз осматривает его: выглядит не как человек, способный приподнять балку ради спасения пса, но мужчина обязательно что-нибудь придумает. Люди разработали оружие, он сможет что-нибудь изобрести и для застрявшей собаки, если сил у него мало. Этим-то эти существа и отличаются от зверей: им нет нужды оценивать разницу в высоту, количество зубов и шрамов, они всегда умудряются провернуть все так, что даже самый сильный оказывается побежденным.
- Да. Заходи. Спаси! - гавкнул Лагуз и первым прошмыгнул внутрь, теперь полукровка уже не сомневался - застряла собака. Не то, что бы пес бросил волка, если бы застрял именно он, умереть под завалами - хуже смерти и не придумаешь, лучше уж  в честном бою отдать жизнь, чем задохнуться в пыли под руинами.
- Стой, если будешь так выть, то можешь расшатать здание! -  выкрикнул Лагуз собаке, сошедшей с ума от радости. Он не думал, что его слова правдивы, главное, чтобы была тишина, завывания мешают сосредоточиться.
Лагуз обернулся  к человеку: он готов помогать, что нужно делать?

+2

307

СЕЗОН ОКОНЧЕН

0

308

--->> Вне игры

Начало игры
"За горизонтом"
12 августа, 188 год, вечер 18:00

Мир сходил с ума.
Бернард медленно брел по развалинам Города, изредка оглядываясь по сторонам. Сейчас здесь, в мирной человеческой обители, был хаос: сильное землетрясение разрушило большую часть домов и различных зданий как карточные домики, заставляя их жителей (и не только их) бежать сломя голову, нестись туда, куда глаза глядят, только лишь бы выжить. И только когда все утихло, они с отчаянием в глазах возвращались свои "дома". Среди них начала зарождаться паника, они не знали, как им быть, и поэтому мельтешили по главным улицам, как испуганные муравьи, и истерически перекрикивались между собой. А особого масла в огонь подливали не менее испуганные звери, что также ломились сюда, в центр Острова, ослепленные наивной надеждой о спасении самих себя. Бернард даже был немного рад тому, что люди полностью погрузились в собственные проблемы, и поэтому он мог спокойно бродить по городским окраинам, в то время когда обезумевшие от страха звери начинали ломиться в его самое сердце.
Если раньше Город вызывал у Бернарда смешанные чувства восхищения перед человеческим трудолюбием и презрения к их эгоистической натуре, то сейчас в его душе царило безразличие. И даже сейчас он равнодушно перепрыгнул через хладное тело бездомного, которого завалило обломками соседнего дома, со звучным хлюпком приземлившись в огромную грязную лужу. Волк, слегка поскользнувшись, отряхнулся и вновь побрел вперед, слегка прихрамывая на свою переднюю лапу. Сказалась ли на нем жизнь среди людей, где каждый заботился только о своей собственной шкуре, он не знал, но также не мог отрицать ее воздействия.
Где-то вдалеке грузное небо пополам разрезала яркая вспышка молнии, а следом за ней, как разъяренный медведь, грозно прорычал гром, эхом пронесшись по развалинам. Птицы, что сидели на ближайших уцелевших деревьях, встрепенулись и, надрывая глотки, взмыли к серым облакам. Бернард остановился, вслушиваясь в истеричный клекот встревоженных птиц, верещащих о наступающей голодной воде. Вода… Скоро, буквально через несколько дней, весь остров, весь его родной дом, упокоится на многие тысячи лун в морской пучине. Будет… много жертв, не сумевших спастись, и, вероятно, он был в их числе. Серый зверь на мгновение остановился, внимательно прислушиваясь к собственным чувствам, что должны были терзать его разум, как голодные дикие псы, но он ощущал ровным счетом ничего. Усмехнувшись про себя, он вновь побрел по улицам, изуродованным недавним дождем.
Наверное, единственное, что сейчас действительно заставляло волноваться его огрубевшее сердце, это было местонахождение нескольких волков, с которыми он, неразговорчивый и недоверчивый, смог неведомым чудом найти общий язык. Ими были Джерри, Дарк и Лягуша. И если потрепанный жизнью хищник за последних двух был спокоен, то за Джерри он переживал больше всего. Волк, что никогда не покидал Городских стен, оказался там, где он никогда не был – в окружении деревьев, кустов и камней, под открытым звездным небом и наедине с самим собой. Он не сказал, куда он собрался идти в преддверии гибели всего живого, поставив всех, кто его знал, в растерянное положение. Бернард завернул за угол одного здания с разрушенной крышей, чья кровля, словно снежные хлопья, украшала вымощенную камнем улицу и повел носом, пытаясь разобрать среди мешанины запахов хотя бы один знакомый. Никого. Фыркнув, он вновь побрел по многочисленным лужам, все сильнее увязая в холодной грязи. Его друг с рыжей шкурой исчез без следа, обмолвившись лишь о том, что у него есть план, способный спасти многих волков, оставшихся без крова и без надежды. Прошло уже несколько дней, и даже одной жалкой весточки, которыми любят перемывать друг другу косточки перелетные птицы, о нем не было слышно. Никто не знал, куда он пошел и где его искать, но почему-то Бернарду казалось (или, по крайней мере, ему хотелось в это верить), что он сейчас в Городе, или, по крайней мере, в его остатках. Именно поэтому зверь с серой изодранной шкурой уже несколько часов медленно бродил по развалинам, внимательно всматриваясь в окрестности и вслушиваясь в каждый шорох, что раздавался вблизи.

Отредактировано Бернард (2019-01-27 12:16:39)

0

309

--->> Вне игры

Город был прекрасен в своем упадке. Фарай никогда раньше тут не был, но видел стены издалека - величественные и могучие, они  рвались в небо, загораживая собой деревья и крыши зданий. Животные не способны возвести нечто подобное, однако творение двуногих не вызывало никакого восхищения. Город помпезно возвышался над природными красотами, и казался лишней, совершенно ненужной деталью, пришитой наспех и неаккуратно. Землетрясение, как показалось коту, устранило эту нелепую ошибку, превратив поселение в руины, состоящие из камней, кривых кирпичей, бревен и балок. Как ни крути, а теперь он выглядел значительно лучше! Фарай не злорадствовал, ему было, в общем-то, всё равно. Однако больше всего на свете он ненавидел чужой успех.

Мерзко облизываясь, и шагая по руинам великой обители двуногих, он с удовлетворением отмечал количество погибших и раненых, которые копошились в горах мусора, словно тараканы. Прошло уже два месяца с момента разгула стихии,но люди продолжали гибнуть - нехватка медицины, обрушения оставшихся зданий, нападения хищников и абсолютная антисанитария. Из уютных, хоть и хлипких домиков, их судьбой забросило в грязь и собственное дерьмо. Причем, во всех смыслах. Фарай чувствовал себя здесь максимально комфортно, смотря на перепуганных людей и мелкую живность, без агрессии, но с каким-то пренебрежением и высокомерием. Он был выше, чем этот двуногий сброд. Выше и лучше. А еще, в отличие от большинства, он был абсолютно уверен, что сможет попасть на корабль. Его пропуск в новую жизнь - маленькая девочка, которая сейчас шагала рядом с ним, положив руку на пятнистый поджарый бок. Родители до сих пор не доверяли коту, но ребенок, подружившийся с большой кисой, поднимал много шума. Фарай не отходил от своей маленькой "подруги" ни на шаг, терся о нее мордой и всеми силами старался заслужить доверие людей. В царившем хаосе и безумии, когда волки и другие крупные кошки атакуют сельчан от голода или из чувства страха, ягуар защищал выбранную семью от всех напастей. Доверие - вот ключ, который открывает ларец с огромным количеством возможностей. В любой другой ситуации, двуногие никогда не доверились бы хищнику, но сейчас, впадая в панику и лишившись всего, они лишились, в том числе, выбора. Семья девочки была совершенно обычной, даже оружием не располагала. Фарай знал, кого выбирает в качестве своих пешек.

Величаво ступая по скользкой, липкой и грязной брусчатке, кот принюхивался, пытаясь определить, где можно полакомиться, или наткнуться на что-нибудь интересное, чтобы укрепить свой авторитет в глазах людей. Нужный вариант подвернулся весьма быстро. Ступал кот достаточно бесшумно, но чувствовал присутствие других зверей. В том бедламе, который сейчас происходил внутри бывших городских стен, различать запахи было весьма проблемно, но возможно. Вывернув из-за угла, парочка почти нос к носу столкнулась с Бернардом, и прежде чем девочка успела вскрикнуть, оглушая обоих зверей, кот оскалился, и издал предупреждающий рык. Этого зверя ягуар видел впервые, и не знал, как волк относится к людям. Длинные когти, словно лезвия, с мерзким скрежетом царапнули каменную кладку, и, чуть пригнувшись, как перед прыжком, Фарай облизнулся.
- Доброго вечера, блохастый.

Отредактировано Фарай (2019-01-26 17:25:50)

+1

310

Люди любили все в чем-то измерять, им всегда была необходима какая-то конкретика и стабильность, когда все лесные звери подчинялись непоколебимым законам, сотворенными матушкой Природой. Однако Бернард, окунувшись в новую, ранее чуждую ему жизнь, стоял на перепутье: он следовал этим вековым правилам также, как покорно следовали им его предки, но в тоже время он за эти два нелегких года успел перенять многие человеческие привычки, в том числе и конкретизацию всего, что существует в этом мире. И даже сейчас, когда он невольно задумался о времени, проведенном среди уродливых городских руин, он посчитал его в часах – он находился здесь около часа, часа бессмысленного и безрезультатного скитания среди разрушенных домов и зданий.
На складах, где раньше люди изо дня в день выбрасывали тонны гниющих объедок и где раньше обитала большая часть городских зверей, сейчас не было никого, кроме крыс, что лазили по обломкам в поисках еды. Бернард остановился и повел носом, пытаясь в очередной раз уловить хоть один знакомый аромат, но из-за недавнего дождя, что успел смыть все те запахи, которыми пестрил Город, в нос волку ударила лишь противная сырость, и зверь, поморщившись, мотнул головой. Он огляделся по сторонам, цепляясь взглядом за каждую мелькающую тень среди развалин, и вновь побрел вперед по украшенной многочисленными лужами дороге.
Время неизбежно шло, текло, как бурная река, и утекало, сквозь пальцы. И чем меньше его оставалось, тем сильнее беспокоился Бернард. Он хотел знать ответ на вопросы, что разрывали его сердце в клочья: где Джерри, куда он пошел и все ли с ним в порядке. Хоть он и пытался успокоить себя тем, что этот рыжий волк среди людей, как рыба в воде, а фокус с монеткой – его неоспоримое доказательство «человечности», но с самого начала создания мира существовала та малая вероятность, что любой идеальный план мог пойти псу под хвост. Серый зверь тяжело выдохнул и, развернувшись в другую сторону, неспешно пошел в одно место, которое он хотел проверить напоследок. Здесь ловить было нечего.
Опустив голову, он шел по одной большой луже, наблюдая, как от его шагов по водной глади разбегаются круги, разбиваются друг об друга и исчезают, словно их никогда и не существовало. Заметив нужный угол здания, за которым находилась узкая вертлявая дорога, что извилистой змеей вела к свалке, Бернард поспешил к ней, и едва его морда высунулась из-за поворота, как его тотчас оглушил чей-то рев. Он резко отступил назад, выпрямился и поднял голову, навострив уши и пытаясь понять, какому зверю принадлежал столь свирепый голос.
Это был один из представителей Юга, о которых Бернард только слышал, но никогда не видел собственными глазами: хищный кот, чья шкура песочного цвета была украшена хаотично разбросанными черными пятнами, сейчас впивался в него взглядом, пригнувшись и хищно облизываясь. В его разноцветных глазах горело пламя азарта, и волк понял, что тот видел в волке лишь очередную игрушку, с которой можно позабавиться, даже не жертву. Однако не это волновало его, а то, что за этим диким котом стояла девочка, стоял обычный человеческий ребенок, что испуганно смотрел сейчас на него, лесного зверя, и не знал, что делать. Бернард слегка прищурился. Она с ним? Даже для него это выглядело чем-то абсурдным и нелепым, особенно, если учитывать отношение людей, взрослых людей, к хищным животным, живущим за пределами Городских стен. Бывших Городских стен. Волк осторожно принюхался, желая узнать, есть ли кто-то еще поблизости, но он все также не смог ничего различить – нос, улавливающий лишь противную сырость вокруг, сейчас сильно подводил его. Серый зверь дернул ухом и, окинув неожиданно появившуюся парочку беглым взглядом, молча развернулся и направился к другой дороге, что давала крюк по большей части Города. Он не хотел сейчас связываться с ними, зная, что любое неверное движение или слово может повлечь лишь еще больше проблем, которыми он не хотел обзаводится.

+1

311

Больше всего на свете Фарай ненавидел тот факт, что не все готовы плясать под его дудку, и что планы имеют свойство срываться. Это безмерно раздражало пятнистого, который привык брать от жизни все, что хотел, и, что еще важнее, получать это. В нынешней суматохе втереться в доверие к людям труда не составило. Не имея оружия, они стали мишенями волчьего племени, и кот лично распотрошил нескольких диких псин, что посягали на судьбу его живых билетов. Людей он сожрет сам, но позже. Убьет всех разом, когда предоставится такая возможность. И девчонка, которая нервно теребила его шерсть, иногда болезненно сжимая складки кожи на холке, будет первой жертвой. Всё, что нужно было коту - пробиться на посудины, и отплыть с тонущего клочка земли. Ради этого можно было наступить на гордость и немного порезвиться с человеческим племенем. Кошки любят играть с едой, этого у них не отнять, а ягуар был большой кисой, и мышки-птички не удовлетворяли его видовые потребности. Человеческий ребенок как раз имел подходящий размер, чтобы подбрасывать его и потрошить. Костлявый, правда, но на безрыбье и рак рыба.

Стоило волку двинуться с места, как девчонка, опасаясь атаки, вцепилась в пятнистую шкуру еще сильнее, заставляя Фарая сдерживать утробное рычание. И причиной недовольства был не только человек, но и сам волк, который решил развернуться... и просто уйти. Такого унижения самовлюбленное сердце простить не могло. Ткнувшись в бок девочки носом, и нежно её отодвинув в сторону, ягуар в три больших прыжка обогнал Бернарда, перегораживая ему дорогу.
- Как некультурно, я же с тобой разговаривал. В нынешних городских обстоятельствах, где каждая волчья шкура ценится как никогда прежде, я бы не советовал вести себя так... опрометчиво... - в глазах ягуара, кажется, на секунду сверкнуло какое-то дикое, необузданное безумие, но уже мгновением позже оно вновь сменилось ехидством. - Я ведь просто хотел поговорить. Люди, знаешь ли, не особо общительные, с ними по душам не побеседовать.

Обойдя волка кругом, и не упуская из виду девчонку, произнес кот. Закончив свою речь, он просто небрежно плюхнулся на землю, прямо на пути Бернарда, смотря на него в упор. Фарай не привык, чтобы ему отказывали, и он точно знал, что за тело мертвого волка его, как бы нелепо это не звучало, по головке погладят. Каким бы сильным не был этот кобель, взрослую крупную кошку одолеть будет сложно, и пятнистый хорошо знал все свои преимущества и недостатки. Сейчас он действительно был настроен на разговор, пусть и вёл себя нахально и дерзко. Однако ягуар был известен своим переменчивым нравом, который мог за доли секунд превратить безобидного кота в чудовищную машину смерти.

+1

312

Сейчас в Городе, когда люди в остервенелом безумии рвали друг другу глотки, предельная осторожность была важнее всего. Бернард знал это, но удача, словно хитрая лисица, махнула перед мордой волка своим счастливым хвостом и мгновенно растворилась в пустоте, оставляя серого зверя наедине с собственными проблемами. Аккуратно и грациозно пройтись по острию ножа, как иногда выражались люди, у него не вышло – Бернард сорвался, не пройдя даже и шага, и рухнул прямо в острые лапы неудачи, что истосковалась по страданиям своих жертв.
Он не хотел тонуть в проблемах, обходя этот вязкий омут стороной, но они схватили его своими цепкими лапами затащили внутрь. Он хотел остаться незамеченным, бесшумно передвигаясь в тенях, но все видели его тяжело вздымающуюся грудь и слышали его учащенное сердцебиение. Он не хотел связываться с поджарым зверем, пришедшим с Юга, но кот, плененный хищным азартом, сам проявил к серому зверю ярый интерес. Судьба прокляла его, как только он впервые глотнул свежего воздуха и запищал, ощущая кусающийся холод.
Хищный зверь с песчаной шкурой большими прыжками настиг Бернарда, охваченного твердым желанием скрыться в ближайшей подворотне, и могущественным исполином предстал перед волком, преграждая тому путь. Этого потрепанный хищник не ожидал: опешив на долю секунды, он сделал пару небольших шагов назад, впиваясь настороженным взглядом в вальяжно развалившегося на дороге кота. Уши словно сами по себе прижались к голове.
- Что тебе нужно? – спокойным тоном попробовал поинтересоваться волк, но в его голосе все равно проскользнула легкая нотка недоверия – скрывать свои настоящие эмоции хищник никогда не умел.
Найти исчезнувшего без следа Джерри с каждой секундой становилось непосильной задачей, а тот план, который он усердно выстраивал у себя в голове, начинал медленно рушиться, вынуждая серого зверя отчаянно придумывать новый. Сейчас волк оказался в безвылазной западне между южным зверем и испуганной девчонкой, охраняемой этим же самым мускулистым котом. Любое движение в сторону, даже самое крохотное и незначительное, могло расцениваться им, пятнистым хищником, как недружелюбный настрой, несмотря на то, что его дружелюбное отношение само было ужасно наигранным и натянутым, как человеческая маска. Будто бы его что-то сдерживало. И хоть Бернард догадывался, что именно служило тяжелыми оковами, но проверять свои предположения на практике ему не хотелось.
Время поджимало, оно яростно кусало за пятки, заставляя волка искать любые возможности выбраться из невидимого капкана, но их было чертовски мало. Перед ним предстало только два возможных пути: кровавый и мирный. Бернард никогда не считал себя умным зверем, но и глупым язык тоже не поворачивался назвать. Лезть в бессмысленный бой с южным животным, что, видимо, жил одними лишь сражениями, было опрометчивым поступком. Годы все же брали свое, и сейчас волк, в прошлом потрепанный клыками, когтями и дробью, вряд ли бы смог похвастаться той силой и выносливостью, что переполняли его молодое тело несколько лет назад. Единственным выходом без напрасного кровопролития были лишь переговоры, на которые практически не было времени.
Волк в очередной раз тяжело вздохнул.
- Мне нужно спешить, - осторожно начал он, внимательно следя за каждым движением и жестом пятнистого кота, - а времени практически не осталось. Прошу, дай мне просто покинуть склады.

0

313

Фарай внимательно наблюдал за каждым движением Бернарда, иногда забавно дергая ухом. Он прекрасно знал, что выглядит достаточно устрашающе, и это несказанно веселило пятнистого. Волки недалеко ушли от людей. Пусть двуногие и блохастые презирали друг друга, но и те, и другие, старались не связываться с крупными кошками. Тигры, львы, леопарды... выглядели гораздо опаснее, чем любая плешивая шавка, и ягуар полагал, что причина крылась в их непредсказуемости и ловкости. Какими бы умелыми охотниками не были волки, им было далеко до маневренности и грации любого кота, а их боевой арсенал был намного беднее - клыки, да тупые когти. В битве один на один, не прибегая к магии и помощи богов, шавка оказывалась в максимально невыгодном положении, и Фарай хорошо это знал. За свою жизнь он растерзал немало лесных соседей, и разработал свою стратегию по борьбе против волчьего племени. Сейчас, впрочем, он не был настроен на драку. Город жужжал и бурлил, а из его жителей сочилось всё их внутреннее говно - годами сдерживаемые обиды, страхи, неприязнь и ненависть. Меньше всего коту хотелось рисковать своей шкурой в столь нестабильное время. В конце концов, он хотел уплыть вместе со всеми, а драка двух диких зверей может привлечь нежелательное внимание. Это было лишним. Однако незнакомая псина вела себя слишком спокойно, что действовало Фараю на нервы. Совсем не такой реакции он ожидал от зверя, которому, возможно, грозила очень неприятная и болезненная смерть.

Из всего ассортимента яств, которые предлагались этим миром, самым вкусным для ягуара оставались живые эмоции. Они, конечно, были не настолько сытные, как олень или крупный кабан... но были, своего рода, деликатесом. Страх в чужих глазах - эмоциональная подпитка для пятнистого, как доза наркотика для человека. Этот страх дарит ощущение собственного превосходства, ощущение собственного величия, нежно почесывает за ухом самолюбие... Принимать столь скупой эмоциональный ответ было неприятно... словно объедки с огромного прекрасного стола. Чуть поморщившись, Фарай поднялся и нервно махнул хвостом, ударяя им себя по поджарому боку, словно кнутом.
- Какие мы необщительные, какая... досада... - клацнув зубами почти у самой морды волка, прорычал ягуар. Из его голоса исчезла прежняя игривость, уступив место ледяному предупреждающему холоду. - Я бы на твоем месте ставил защиту собственной шкуры приоритетом... выше, чем любые другие дела. В конце концов, если ты планируешь выжить, нам еще вместе плыть... Спи крепко, блохастый. Ещё свидимся.

На последней фразе, Фарай хищно облизнулся и, обойдя волка, двинулся в сторону девочки. До отплытия осталось всего несколько часов, и тратить их на разборки с какой-то псиной, кот не собирался. В конце концов, если волку дорога его жизнь, он тоже будет на корабле. А это значит, что у ягуара еще будет шанс поговорить с лесным собратом по душам. Не на посудине, так на новой земле. Нужно было лишь немного подождать. Иногда ожидание придает эмоциям особый, пикантный вкус, превращая осторожность в панический ужас. А ужас был вкуснее и сытнее любого мимолетного страха...

Сровнявшись с девочкой, и позволив ей вцепиться руками в пятнистый хвост, кот вяло двинулся в противоположную от Бернард сторону. В конце концов, они тоже пришли на склады не случайно. Сюда, в эту огромную свалку, выносили мусор и хлам из обвалившихся домов. Зверь не имел ни малейшего понятия, что потребовалось здесь маленькому человеку, но нагнал её, когда та втихаря улизнула из под надзора родителей. Нужно было разобраться со складами и вернуть малышку обратно до начала отплытия. И Фарай не собирался ставить себе палки в колеса сейчас, когда заветное спасение было так близко.

Гейм Мастер свяжется с тобой для продолжения квеста. Спасибо за игру~

--->> Вне игры

+1

314

Сезон «За горизонтом»
12 августа 188 года, вечер


[indent] Небо молчало. Молчал и Город. Монотонный шелест дождя вдруг стих, а далёкие раскаты грома больше не тревожили чуткий волчий слух. Бернард словно оказался в вакууме, вечном царстве сна. Остался на несколько бесконечно тянущихся минут в одиночестве и мёртвой тишине…
[indent] Осознание, что что-то не так, настигло его слишком поздно: он уже не мог думать над чётким планом отступления, покорно внимать логике и выжидать. Фарай давно исчез, как и его запах. Воздух был пропитан страхом и злостью. Волчьими и человеческими. Вместо природного грохота с небес раздался оглушающий, страшный звук выстрела. Где-то позади Бернарда, на Городских полянах творилось что-то опасное. Нужно было срочно покинуть Склады, чтобы не стать невольным соучастником.
[indent] Бернард был разумен и осторожен. Он передвигался по окраинам, не привлекая лишнего внимания, не сопровождая свои поиски напрасным шумом. Оттого ли, что он был один, или действительно умел казаться незаметным для рыскавших вокруг собак, вот только их лай и неясные тени в догорающем закате показались со стороны Рынка, обошли волка дугой, обдали запахом пороха и человека, но не тронули. И всё же задерживаться в северо-западной части город было опасно.
[indent] Повернуть южнее, к центру, он не мог: слишком рискованно. На пятки ему наступало что-то тревожащее: кажется, он чуял в воздухе волчью кровь, но не мог быть уверен, так ли это — слишком далеко находился. Ему нужно было найти друга, воссоединиться с компанией и как-то попасть на корабли. Но Город, точно пороховая бочка, готов был вот-вот взорваться, и последнее, чего желал любая животина — оказаться в центре взрыва.
[indent] Бернард вынужден был отступить. Осторожно огибая Рынок, он держал путь к Библиотеке. Та давно просела и разлетелась на щепки, однако там можно было переждать бурю, что должна вскоре разразиться — волк это чувствовал.
Он оставлял чёткие следы на тех участках, где земля, точно раненый зверь, бесконечными ранами избороздила некогда ухоженные городские дорожки и вытащила на поверхность уродливую глинистую смесь. Надо было поскорее покинуть этот участок: по следам его могли легко найти. А ещё волк чувствовал: из глубин дворов, потемневших, разрушенных, насквозь промокших — на него смотрело Что-то. Крысы оббегали его стороной, птицы пролетали, не задерживаясь. Лишь только кошка, шипя и плюясь слюной, едва не попала под волчьи лапы и умчалась, что-то хрипя на бегу про «пропадающих детей».
[indent] Неосознанно Бернард обернулся, словно вспомнив о Фарае и сопровождавшей его девочке. Только он задумался об этом, как его прервал пронзительный, полный боли волчий вой.
[indent] На этот раз угроза исходила с севера, из Лесопарка. Безопасный путь в обход Города Бернарду тоже был закрыт. Он вынужден был остановиться у разрушенной библиотеки, тревожно внюхиваясь в воздух: что-то происходило. Со всех сторон что-то надвигалось. И он невольно стал соучастником происходящего: хотя всего лишь хотел найти друзей и спастись.
[indent] Пока ещё не разобравшись, почему с северо-востока, с Городских полян, кто-то стрелял и почему мучительный звериный рык, как ответ, прозвучал с севера, из Лесопарка, Бернард продолжил огибать опасные участки, хотя чувствовал в воздухе запах собратьев. Останавливаться и спрашивать, что произошло, было опасно. Он в спешке уходил к восточным землям, аккуратно продвигаясь по грязным городским задворкам. Пока отчётливо не ощутил в пропахшем страхом воздухе знакомые запахи: Дарк и Лягуша.
[indent] Может, они знают, что здесь творится?..

Игрок автоматически переходит в локацию Школа. Следующий пост писать нужно там.

GM-Saf

Отредактировано Game Master (2019-03-12 01:10:21)

0