Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Яндекс.Метрика

Последний Рай | Волчьи Истории

Объявление


VIP:

Король Лев. Начало

ПРАВИЛА ОЧЕРЕДНОСТИ

В очереди указываются все игроки, которые находятся в локации. Все, чья очередь еще не наступила, выделены серым цветом.
имя - очередь этого игрока
- очередь сюжетной игры / переполнение локации (5 дней на пост)
- очередь обыкновенной игры (7 дней на пост)
имя - игрок временно вне игры
>> имя - персонаж ожидается в локации
[имя] - персонаж отыгрывается гейм-мастером



Наша группа ВКонтакте

Акция: задобри Лиса!

Уважаемые гости форума!
Добро пожаловать на ролевую игру "Последний рай"!
Действия разворачиваются на изолированном от внешнего мира Острове, где издавна почитался культ волчьих богов, и волки жили в мире и спокойствии, но с приходом человека начались смуты и расколы. Теперь в Землях существует несколько стай с различными идеологиями, которым приходится терпеть соседей, бродячие волчьи группировки, охотников из Города в центре Острова и своры псов.


На форуме проводятся технические работы. О любых проблемах с отображением элементов дизайна, а так же при обнаружении иных неполадок, просьба сообщать в тему "Замечания и ошибки в новом дизайне".

Уважаемые игроки! Не забывайте входить в систему (примечание: вход возможен не на всех мобильных устройствах) перед тем, как начинать игру, иначе ваши посты не засчитаются или отпись вовсе будет невозможна. Для входа в систему нажмите кнопку в левом верхнем углу экрана. В ходе действий по дальнейшей инструкции кнопка станет белой. Если этого не произошло, обращайтесь в данную тему

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Рай | Волчьи Истории » Северная часть » Медвежьи холмы


Медвежьи холмы

Сообщений 81 страница 100 из 119

1

http://s1.uploads.ru/i/nBHWO.jpg

Ближайшие локации
------------------ ♦ ------------------
Север | Водопад Жизни, Сухая поляна
Юг | Голодный лес, Болотные топи
Запад | Пригорье, Логово Первого Ветра
Восток | Вечный лес

0

81

Нарцисс нетерпеливо поскуливал. Он совсем не был уверен, что та непонятной формы и цвета биомасса - именно Ким. Однако он был настолько счастлив от возможной предстоящей встречи, что даже лютый мороз его не брал. Преисполненный радости, он и места себе не находил: подпрыгивал на одном месте, оставляя глубокие следы на белом снеге, кружился, вертелся - да что угодно, только спокойно на месте не стоял.
- Ким?! Киим?! Это ты там?! - на всю громкость загорланил волк, однако вряд ли звук долетел куда надо из-за ветра и метели. В любом случае, ответа бы Нарцисс не получил.
На месте он больше стоять не мог. Его усталость просто как ветром сдуло: он был готов пройти такой же путь ещё хоть несколько раз, лишь бы уткнуться носом в тёплую руку хозяйки и облизать лицо, хоть, как волк сам понимал, особо приятно это не было.
Широкими прыжками, похожими на рысцу кролика, очень большого кролика, волк понёсся по снежному простору, но совсем вскоре ему преградила дорогу огромная косматая махина.
- Ищешь легкой добычи?! - взревел откуда-то сверху странный зверь.
Нарцисс мгновенно застыл, как заледеневшая фигура. Ушки его слились с черепом, а хвост можно было и не заметить - настолько чёрно-белый волк перепугался встречи с медведем. Да, то, что он сперва принял за Ким, оказалось всего лишь огромным и разъярённым медведем, который, того и гляди, вот-вот втопчет городского волка в землю.
- Прошу прощения, я... Я ищу тут мою хозяйку... Вы её не видели? - пролепетал Нарцисс. Нельзя точно сказать, разобрал ли медведь все слова, но, будем надеяться.
Однако через несколько секунд Нарцисс услышал голос Ким где-то неподалёку. Повторно радостно взвизгнув, Нарцисс напружинил лапы и готов был помчаться вновь навстречу человеку, но внезапно голова хищника оказалась совсем близко. Нервно сглотнув после такой угрозы, Нарцисс буквально вжался в сугроб и слился бы с ним, будь волк чёрного цвета. Однако Ким упала. Волк был преисполнен волнения относительно её травмы, поэтому просто физически не мог усидеть на одном месте. Прижавшись ещё сильнее, Нарцисс аккуратно полукругом пополз к человеку, минуя медведя на расстоянии в несколько метров. Чёрно-белый продолжал жалобно поскуливать, привлекая внимание хозяйки. Вообще, было странно, что её сопровождал медведь. Но Нарцисс хорошо знал, что сердце у Ким доброе. Быть может, белошкурый попал в передрягу, а Ким его вытащила. А такой ярой защитой он лишь пытался отблагодарить её за услугу. Было бы неплохо, если бы она объяснила ему, что он тут тем же самым занимается.

+2

82

Люди, звери, всех застилала собой вьюга, укутывая в большое белое одеяло и накрывая с головой, успокаивая тех, кто тревожился, умиротворяя тех, кто искал крови. Никто не мог устоять перед красавицей, в чьих объятьях засыпаешь вечным и беспробудным сном, думая, что находишься в тепле, а на самом деле окончательно замерзаешь.
- Прошу прощения, я... Я ищу тут мою хозяйку... Вы её не видели?
Медведь всего пару секунд смотрел с оскалом в волчью морду, а затем отодвинулся и глухо хохотнул, выплевывая изо рта снег. Похоже, что сдерживаться от смеха ему было трудно, но в тоже время его беспокоил человек, зачем-то улегшийся полежать в сугроб. Нет, он то любил так делать, но у человека не было такой теплой шкуры как у него. Аро это знал точно.
- С каких это пор у серого брата появились хозяева? - прорычал медведь и повернулся, чтобы подойти к человеку, но краем глаза поглядывая где же волк, чтобы не дать ему подойти к Ким близко. Аро просто загреб девушку, встав на задние лапы и, баюкая как медвежонка, прижал к себе.
- Откуда ты ее знаешь, волк?
Ким не двигалась и как кукла, неподвижная и бледная лежала в его пушистых и мощных лапах. Аро понюхал ее лицо и положил на снег перед собой, почесав свою белую медвежью голову.
- Сердце бьется. Надо найти какое-то укрытие. Пещеру или нору побольше, может, чье-то брошенное логово. Если человек и волку друг, то помоги мне, серый, - он ударил по земле своей огромной лапой. Метель не унималась, - Иначе она замерзнет. Я такое уже видел.
Она покачался на месте, пытаясь принюхиваться к воздуху, но ветер был таким сильным, а вьюга неутомимой, что ничего почувствовать он не мог. Он снова поднял человека, прижав ее к себе одной лапой и побрел в сторону деревьев, за которым виднелся склон большого холма, на трех. Говорить медведь особо не собирался. Ким висела в его лапах как мертвая обезьянка, но лучшего он сейчас предложить не мог. Нужно было найти укрытие и отогреть ее, если такое вообще возможно.
- Ищи, серый! - рычал сквозь метель Аро, надеясь, что более юркий волк сумеет сделать это быстрее трехлапого медведя. И нет, он не собирался доверять судьбу своего лысого друга первому встречному, но в этой ситуации у медведя не было выбора. Если бы речь шла о нем, это другое дело. Аро не стал бы просить о помощи у волков. Но когда дело касалось друзей, особенно таких, совершенно не приспособленных к холоду, ошкуй мог очень многое.

Отредактировано Ким Райдер (2014-02-10 17:35:39)

0

83

СЕЗОН ОКОНЧЕН.

0

84

--->> Вне игры

Начало.

Так повелось, что всю свою жизнь Айнзамкайт провел в оцеплении из матерых, сильных и опасных волков и волчиц, с которыми приходилось так или иначе считаться, особенно в те голодные годы, когда ему довелось скитаться в одиночестве. А теперь, обнаружив двух соплячек, деливших с ним пищу, кров и земли, он, право дело, даже не и знал, как к ним относится. Меркантильный расчет его ума показывал, что они ни коим образом не могут быть стае полезны. А тем более свято, и самое главное осознанно, верить господа нашего Шитахи и с полным самоотречением служить ему. Ведь он пришел к вере в змееустого в зрелом возрасте и был непоколебимо уверен в том, что щенку, едва научившемуся обходиться без материнской опеки, сложно (если таковое вообще возможно) даются размышления о высоких категориях, к коим, безусловно, и относилась религия безумцев. Посему блажь этой парочки, затесавшихся в ряды заблудших, серьезно волк не воспринимал. Да и самих их - тоже.
Айнзамкайт скосил стальной глаз на идущую рядом, в очередной раз убедившись в своей правоте. Плешивая морда, вся в каких то рубцах и засохших пятнах, дай Шитахи достает до плеча черному, а смотрит так, будто мало ей лысин на шкуре. Чумазое, озлобленное дитя. Судя по ней и черношкурым Бафомету с Кройцем, что-то прогнило в темнолунцах, раз они порождают на свет таких уродцев. В его не слишком светлом детстве такого не было. Быть может, в этом есть Божья воля... - А не воздает ли змееустый по делам их, за боль мою? - Всколыхнулась робкая, полная надежды мысль. Пусть вырождаются. Пусть их...
Когда их скромный, всего в две физии, патруль обогнул не менее скромную кучку кривоватых и приземистых елей, Айнзамкайт увидел то, чего отчаянно видеть не желал. По крайней мере, не в своем доме. А заметил он чумного амонкирита, на счастье, преставившегося. Узкая, практически полностью лишенная шерсти грудь, фиолетовая, от скопившейся под кожей крови, застывшая в оскале пасть покрыта грязной пеной... Отвратительное создание.
Черный нахмурился, досадливо цыкнув зубом. Мало того, что сволочь прокаженная шатается по северу, который ей не принадлежит, так она еще и может начать бросаться на хозяев территории, а издохнет - заразит местное зверье. Одно слово - гнус.
Он сделал шаг в сторону, дав полюбоваться "красавцем" Ингунн. А то где же она еще такого, как не с ним,  сыщет. Вот, извольте, образует Белый Капо своих подопечных, формирует правильные представления о мрази. А может и гигиену заодно привьет, было бы неплохо, соскреби с морды грязь соучастница. Может припугнуть, что если мыться не начнет, то скоропостижно кончит как вон тот болезный, в немыслимых корчах и муках?
Айн украдкой блеснул глазами. Ишь развеселился.

+2

85

Сегодня молодая волчица была подозрительно задумчива и выглядела несколько озадаченно, как будто уже давно не держала в своей пасти добротного куска мяса... Длинные лапы, что не единожды выручали ее на охоте на мелкое зверье и на охоте на нее саму, окунались в толстые покровы затвердевающего снега, ступая тем не менее уверенно и решительно. На самом деле, ее внешне заметная отрешенность имела одну простую причину. Со своим спутником, Айнзамкайтом, она держалась спокойно и молчаливо — на нее странно влияло его присутствие; возможно рядом с ним она чувствовала себя более защищено и расслабленно, хотя не отрицала того факта, что могла служить приманкой и легкой добычей для незваных гостей, а также угрозой для ее жизни вполне мог оказаться и сам Капо, в конце концов — целостность ее шкурки явно не в его интересах. Захочет — загрызет, если же нет... Ай, ересь с ним... — подумала Ингунн. Она искренне не понимала цели своего присутствия. Да, патрулирование территорий — одна из тех обязанностей, которую должен выполнять каждый Заблудший, но зачем было Айнзу брать ее с собой? Какой от нее прок в этом? Ему что, слишком скучно проделывать это в одиночку? Лучше бы пнул ее и остальной молодняк на охоту, глядишь, толку было бы больше и ужин сытнее. Или он наоборот, не доверял Ингунн и не желал оставлять ее без присмотра, мало ли навредит стае в отсутствие старших, подерется или заразит дрянью какой. — Дурной тон... — вновь пронеслось в голове Ингунн, которая решила больше ни на что не отвлекаться. Все, что оставалось Гиене — это плестись хвостом за Белым Капо и расторопно вертеть своей черной вихрастой головешкой из стороны в сторону, чтобы вовремя заприметить опасность и предупредить о ней, если таковая вообще их настигнет — это уж как повезет. Она внимательно наблюдала за каждой тенью, каждым силуэтом, опустив голову на уровень плеч, образуя горизонтальную линию с позвоночником. Заметив на себе мельком пробежавшийся взгляд Айнзамкайта, она в ответ нагло глянула ему в глаза:
— Не смотри на меня так... Как на изгоя. — сказала она ему своим молодым, злым, но не окрепшим контральто, недобро сверкнув глазами и ускорила шаг, отвернувшись.
Патруль шел тихо-мирно, пока на горизонте не показался амонкирит... Волкоподобное существо, шваль, грязь под лапами. Шерсть Ингу вздыбилась на спине и в холке, пасть приоткрылась, оголяя ряд зубов, а из глотки вырвалось глухое рычание.
— Это что еще за дрянь? — теперь та реплика, что была обращена к Айнзамкайту ранее, казалась нежным лепетанием по сравнению с интонацией, с которой говорила Гиена сейчас. От Капо она ждала какого-либо указания.

Отредактировано Ingunn (2014-09-14 16:56:14)

+2

86

Зверь полуобернулся и, изогнув бровь, очертил на своей морде вопрос. - А кто же ты, как не изгой? Брак темнолунской породы, прямое доказательство тому, что древнейшая, некогда великая стая, превратилась в цирк уродцев. Впрочем, коли судить по степени изношенности как тела, так и духа, на настоящего отброса ты не тянешь. А вот Бафомет... - Меланхолично думалось Айнзамкайту. - Поделом же неверным... - Себя он с родной стаей ни коим образом не ассоциировал, полностью разорвав кровные узы с... покойниками.
- Прокаженный. - Лаконично обронил волк очевидную истину, вновь обратив свой взор на неподвижное тело. Должно быть, у соучастницы возникли вопросы, почему старший по званию так безропотно проглотил то, как беззастенчиво она огрызнулась. Да и вообще - что за зверь такой, этот Капо. В этом есть доля вины самого Айна, поскольку тот, полностью оправдывая прозвище его собратьев - "заблудший" - плутал в глухих северных лесах и высокогорьях довольно длительный срок, избегая любого общества. Вот и теряются теперь в догадках стайные, как же вести себя с новоиспеченным командиром, который на их глазах ходил неприметной услужливой тенью.
Ничего не мешало тому, чтобы попросту оставить труп на месте и спокойно отправиться дальше, поскольку эти холмы, чисто формально, не входили в состав стайной вотчины. Однако зверь рассудил, что это опрометчивый шаг. Он видел обезумевших животных, как берсерки, без страха, бросавшихся на все живое. И видел то, что оставалось от несчастных, попавшихся тем на пути.
- Яму. - Черный обошел бездыханного по дуге, держась на расстоянии прыжка, и принялся соскабливать жесткий наст, добираясь до земли. - Помоги. - Отрывисто приказал он, методично работая лапами. Нельзя было допустить, что амонкиритом поживится воронье и падальщики покрупнее, которые вполне могут заявится и на земле праведников. А если от их клыков падет заблудший? Шитахи будет гневаться, коль не его волей ширится эта болезнь.

+2

87

И вправду... кто же она такая, как не изгой? Всеобщая любимица что ли? Чушь собачья. Ингунн никогда не была таковой. И никогда ею не станет. К стае примкнула, а от клейма одиночки не избавилась и как бы не старалась сблизиться, получала тычки паленым носом в свое безобразие. А главное за что? За то, что пыталась прокормить себя? У растущего организма растущий аппетит. Отлично. Давайте теперь всей сворой осуждать ее за то, что у нее не такая же пушистая и блестящая на солнце шкурка как у вас. Давайте обвиним ее в тех ошибках, на которые она была вынуждена пойти осознанно и еще раз тыкнем носом в ее уродство. Давайте обрушим на нее шквал ругательств, придирок и претензий, а сами останемся бесподобно белыми, словно ангелы. Давайте.
Иногда в душе оставался след обиды и недопонимания, обида в свою очередь превращалась в злобу, а злоба расстворялась в преданности Шитахи и агрессии к первоисточникам боли. Она продолжает держаться на ногах и биться со всеми трудностями не жалея ни тела, ни духа. Она жива благодаря самой себе и Шитахи и никому и ничем не обязана. Как бы то ни было, ее детское сердце не вынашивало в себе ненависти, да и сама она никогда не стремилась к возмездию. Озлобленное темнолунское дитя, пропитанное кровью до последнего волоска, жалкое напоминание о былом величии Темной Луны, остаток его надежды и опоры с подпаленной и ошрамованной мордой. Добрая душонка в гниющем теле - вот, кто она такая.
Ингунн считала, что ее шрамы - ничто иное как доказательство силы. Доказательство не только отменно выработанной сноровки и умения выживать, а еще и несгибаемого характера, упорства и упрямства отчасти, благодаря которым она так отчаянно цеплялась за жизнь, однако, она никогда и никому не говорила об этом, поскольку считала это проявлением тщеславия, недостойной манерой для последователя змееустого. Шрамы на ее теле значат, что встретив на своем пути опасность, она не испугалась, не зажалась в угол, а встретила ее мордой к морде. Все пережила, все переболела и теперь смотрит на мир такими же безумными глазами. Из нее получится отменный воин в будущем.
Амонкирит вроде бы мертв, а раздражающая слизистую носа вонь расползлась уже по всей округе, но ничего, это даже хорошо - Гунн запомнила запах. Подбираясь украдкой, в своей волчьей манере, Ингунн вытянула шею вперед и принюхалась, сразу же поморщившись и отпрянув мордой назад. Внимая команде Капо, хищница кивнула в ответ и принялась интенсивно рыть вокруг амонкирита яму.

Отредактировано Ingunn (2014-09-17 18:29:54)

+2

88

Монотонно бороздя землю, Айнзамкайта посетило знакомое, уже давно ставшее привычным чувство дежавю. Не то чтобы ему часто приходилось хоронить падаль или результаты своей фанатичной преданности - обычно в том не было необходимости - но что-то в этом было... Цикличное. Из года в год, хотя бы и раз, но приходилось ему рыть могилы, и выходило это спонтанно, под влиянием обстоятельств. Вот как сейчас. Или как тогда, в лютые морозы, когда ему пришлось отдирать примерзшие тела погибших братьев от льда и терзать неподатливую северную твердь...
Волк поднял глаза на приблизившуюся соучастницу, отмечая ее кивок и молчаливое послушание. Удивился. Еще недавно она хлестнула его своей обидой, а теперь же, легко и непринужденно приступила к работе. Эмоциональная лабильность, которой отличались не все, но многие из безумцев, была немного непонятна и чужда консервативному, меланхолично-спокойному Айну, однако бывали ситуации, в которых эта особенность была ему на лапу.
Кривится, но роет. Уже хорошо. В принципе, зверя вполне устраивала ее молчаливая задумчивость, которая, в отличие от вышеуказанного свойства, была ему, напротив, по душе.
Он смерил сначала глубину работы глазом, а после - того, из за которого вся эта пляска началась. Айнзамкайт по особенному, выразительно замолчал, привлекая внимание Ингунн, а затем жестом показал, что следует отойти в сторону. Дело ясное, что у нее крепкие нервы, коли она так безбоязненно находится рядом с очевидным источником заразы, но все таки прикасаться к нему было делом рисковым. Поэтому волк решил сделать это сам. Разило от амонкирита будь здоров, конечно, и это несмотря на легкий морозец. Если бы на дворе было лето, то он бы ни за что не приблизился к нему. На поверку обманчиво задубевшее тело оказалось опасливо непрочным, и шкура под клыками Айнамкайта едва не расползалась клочьями, когда тот потянул. Предельно деликатно и быстро он спихнул прокаженного в яму и принялся забрасывать землей.

+2

89

--->> Вне игры

Начало сезона.

Кель'амарт неторопливо брел вдоль стайных границ, погруженный в невеселые размышления. Хотя, постойте, когда они вообще были веселыми? В другой жизни, видимо... Кель усмехнулся и пнул лапой какой-то камешек. За последние полгода его жизнь встала с лап на голову, а потом еще и на уши. Парочка переярков была абсолютно несносна...волк, конечно, привык к безразличию со стороны окружающих к своей скромной персоне, но все-таки, когда вкладываешь в чье-то воспитание всего себя, хочется чувствовать отдачу... Однако с поврежденной лапой Кель'амарт исправно голодал несколько месяцев, ибо помочь ему никто не удосужился. Правда, потом он от души оторвался, гоняя эту мелочь...еще история с Бафометом... Все это не укладывалось в смольной голове, и Келю все чаще хотелось побыть одному, помолчать. Лапа слушалась исправно, можно было нормаль охотиться, и ребра перестали проступать под ониксовой шкурой, тело вновь крепло и обрастало мускулатурой.
Патруль черный заметил почти сразу, останавливаясь за каким-то кустом, который скрывал крупного зверя почти полностью. Волк повел носом, принюхиваясь, ветер дул в лицо и доносил знакомые запахи. Айн. Какая неожиданность. Кель знал этого волка и довольно давно, они пересекались еще в Ассассинах, но вплотную никогда не общались и отношения между ними были более, чем нейтральные. Два нелюдимых и замкнутых зверя, как таким искать общий язык? Забавно, но они и выглядели внешне очень похоже - два черных силуэта и сталь серых глаз.
Теперь же что-то подвигло черного начать спуск с холма в направлении к соучастникам. Приближаясь к сородичам, Кельамарт не скрывался, а в нескольких метрах замедлил шаг, молча осматриваясь и прикидывая, что же здесь произошло, запаха свежей крови не ощущалось, значит, не стычка. Что же?

+1

90

Яма пришлась мертвецу впору, тот помещался в ней даже с такой нелепой позой околевшей коровы - вытянув растопыренные лапы - разве что немного в высоту не хватало, но это мелочь. Айнзамкайт, прикоснувшись к падали единожды, впредь избегал ее, брезгливо ссыпая землю сначала вокруг амонкирита, а после уже на него самого. Все же, он был приучен работать с более-менее свежим... материалом. И уж конечно, не хворым. Какой смысл убивать болезных, если их душу в скором времени и так пожнет Шитахи.
Горсть на судорожно ощеренную пасть, горсть на закатившиеся, сверкающие белками ока... Взмахами сильных лап Капо стирал с лица острова язву, пряча труп как постыдное недоразумение, подальше от чужих любопытных глаз.
Едва заметив движение на периферии, зверь вскинул морду и прошил взглядом гостя, невольно отчитав себя за то, что поздно спохватился. И неудивительно - стояли они с Ингунн с наветренной стороны, чтобы заметить пришельца нужно было здорово изловчиться. Хитер, зараза. Айнзамкайт прищурился и набычился, вздыбив загривок, однако долго это не продлилось - узнал своего. Старый знакомый, о котором трудно сказать что-то связное, кроме того, что тот обладает редкого и сложного имени. Сероглазая молчаливая тень, ведомая волей общего грозного Бога, напоминала Айну о братьях. Да и так, незнающий бы мог принять их за родичей - уж до того похожи, только вот у Капо седин побольше, да и щеку уродует лысый рубец.
Последние пригоршни закрывали посиневшую, напоминавшую своим видом одну сплошную гематому грудь, выпирающие ребра на боку и задние лапы. Готово. Айназмкайт повел натруженными плечами, немного покрутил затекшей шеей, разминаясь, а после взглянул на Кельамарта. Он был рад, что своих подопечных тот с собой не взял, поскольку черный не симпатизировал ни одному из них. Чуть склонив голову на бок, Айн ждал, пока Кел налюбуется окрестностями, а после, если повезет, может и скажет, зачем явился.

+1

91

Но Кель любовался отнюдь не окрестностями. Взрытая земля и останки какого-то неудачника, засыпаемые крепкими лапами матерого волка...волчицу черный пока игнорировал. Судя по позе хоронимого, он лично встретился с Шитахи перед смертью, не иначе, так искорежило его тело. Похоже Айназмкайт решил устроить бедолаге настоящие похороны. Что ж, не зря ведь волков называют санитарами леса...хоть и не совсем в том смысле.
Агрессия сородича не ускользнула от внимательного взгляда серебряных глаз - не признал сперва, не приметил. Что же, бывает, а ему, Кель'амарту, своеобразный комплимент, ведь он даже не скрывался. И застыли два зверя, глядя друг на друга, глаза в глаза. Две крепкие, смоляные фигуры, по морде одной из которых уже прошлась серебряной кистью старуха-Жизнь. Кель - чуть выше, Айн - чуть шире в плечах в силу возраста. Шрам на морде сообщника, как след былого, черный этим похвастать не мог, да и не жаждал, его вполне устраивала вычищенная, лоснящаяся, черная шкура, а ровная, аккуратная, красивая морд выглядела насмешкой, когда рядом топал Бафомет. Каждый раз, когда Кель встречался с Айном, он невольно сравнивал себя с ним, будто глядя со стороны.
Волк смотрел выжидательно, и Кельамарт вспомнил о его молчаливости - поводе для шуток и опасений.
- Удачной охоты, - поздоровался Кел, продолжая гордо держать поднятой голову, хвост опущен, но не поджат - уважение, спокойствие, уверенность, хотя перед ним был волк, высший по рангу. - Что здесь произошло? Кто это был?
Глупые вопросы, но Кель категорически не знал, как начать диалог с этом чемпионом по игре в молчанку.

Отредактировано Кель'амарт (2014-10-08 12:38:29)

0

92

И как-то вокруг внезапно стало тихо. До селе просто орущие на ветке сосны вороны умолкли, уставившись куда-то перед собой. Что уж они там увидели, остается только гадать. Послышался шорох и явный топот чьих-то лап. Тишина повисла гробовая. Оба волка могли спокойны слышать дыхание друг друга, словно и не было больше вокруг тех, кто мог издавать хоть какие-то звуки. Шум усилился. Теперь уже оба могли слышать хлюпанье от грязи. Весна, что с нее взять? А через какие-то доли секунд из-за опущенной ветки ели вылетила вочара, кубарем покатившийся прямо на Айнзамкайта, словно его целью было с самого начала сшибить того с лап. А если и чуть раньше, то скинуть в ту самую яму, в которой покоился теперь труп неизвестного. Да, только, если бы на этом все и кончилось. Как раз -таки сквозь все ту же ветку блеснули две пары глаз.

Lf

0

93

Привычная пауза, когда собеседник ожидает если не приветствия, то хотя бы какой-либо внешней реакции, обозначавшей то, что его заметили. В случае же запущенном, как с Айнзамкайтом, это молчание могло восприниматься с равным успехом и за издевку, и за пренебрежение, хотя в действительности оно не являлось ничем из вышеперечисленного. Встретив взгляд состайника, зверь, как могло показаться, замялся, даже ухом не ведя на обращенную к нему речь. Асоциальное прошлое брало свое - Айн просто не сразу осознал, что этот черношкурый ждет ответа, и что было бы неплохо его предоставить.
- Больной. - Обронил волк, было видно, что даже такая мизерная фраза дается ему с трудом. Если бы ему язык оторвали, то он бы далеко не сразу заметил пропажу, Шитахи свидетель. - Не наш. - Тут наш кимвал звенящий умолк, сочтя объяснение более достаточным, а норматив произнесенных слов выполненным.
Капо стряхнул с лап землю, а после приблизился к Кельамарту чуть ближе, оставляя могилу за спиной. Как только он остановился, то заметил странное тревожное чувство, которое появилось на ровном месте. Черный насупился, ища причину своего беспокойства, и сразу приметил необычайно глубокую тишину, объявшую холмы. Он взглянул на Кельамарта, чтобы удостоверится, что и тот чует неладное, однако тут же повернул голову на звук чьих-то шагов, раздавшихся с северной стороны.
Спокойный утренний пейзаж, казалось, что вокруг троицы никого не может быть и в помине - кто в здравом уме полезет к хищникам. Тут он усомнился в справедливости своих опасений и уже было готов упрекнуть себя в мнительности, как вдруг из-за елей вынырнула серая тень и устремилась к нему на встречу. Сказать, что Айнзамкайт опешил - не сказать ничего. Он инстинктивно попятился, уходя от удара твари, но, к несчастью, позабыл о яме. Оступившись, волк завалился на бок и тут попытался максимально быстро встать.
Грязная, потрепанная шкура, пасть в пене - эта тварь так напоминала его мать, когда болезнь завладела ей окончательно...  Лучше бы Айнзамкайту поторопиться.

0

94

Объяснений Айна было более чем достаточно. Значит, очередной бедняга расстался с жизнью. Но вдаваться в философские рассуждения на эту тему не было ни малейшего желания, настроение было не то. Волк смерил черного собрата долгим взглядом. Ему всегда было любопытно, как такой нелюдимый зверь смог стать капо? Ведь любая руководящая роль всегда требует должного количества харизмы, которой Айнзамкайт был полностью лишен.
Капо шагнул вперед и, кажется, вместе с ним навалилась тишина. Шерсть на загривке и вдоль хребта мгновенно встала дыбом, а внутреннее чутье, словно неведомая сила, развернула Келя мордой к вероятному противнику. Это произошло как раз в тот момент, когда из-за ветвей вынырнул волк. То, что он не принадлежал к Заблудшим, Белый Солдат был практически уверен. Но кто его знает, когда морда животного искорежена гримасой злобы, а собственный запах поглотился запахом болезни? Один...а в зарослях еще минимум двое...Рык клокотал в глубине глотки Кель'амарта, тихо-тихо, едва слышно.
Сознание работало с бешеной скоростью, оценивая ситуацию и силы, мыслить с такой скоростью волк мог только в критических ситуациях, и неторопливое течение его мыслей сменялось бурлящим потоком, дробящим малейшие сомнения. Время будто бы замедлилось, позволяя предпринять что-либо. Вот грязная тварь бросается на капо, тот шарахается в сторону и теряет равновесие, но Кель уже находится между ними.
- Там еще двое, - бросил черный через плечо, наблюдая за проскочившим по инерции мимо зверем.

0

95

Волчара как-то нехорошо пролетел вперед, скользя на грязи. В итоге, не удержав равновесие, падает в грязь. Через секунду послышался кашель и многообещающее «фууу». На вид волку было года 4 не больше. Совсем плохо сложенное тело, непропорционально тощие лапы. Шерсть серая. У волка не было куска от левого уха. Выплевывая заглоченный песок, он открыл свои голубые глаза, которыми искоса посмотрел на одного волчару, потерявшего равновесие после его же пируэта, и другого, столь благородно загородившего лежащего. Будь серый человеком, виновато поднял бы руки.
- Да нормальный я, - наблюдая за Айнзамкайтом, завопил хищник, словно его закапывали в яму. – А вон они, - мотнул мордой в сторону дерева. – Нет.
Только никого там уже не было видно. Чуть слышно выругавшись, серый еще раз сплюнул песка, после чего решил было проверить, но не успел. Две рыжие лисички, как на подбор, вынырнули из-за укрытия, которым им послужила вовсе не ветка ели, а яма под соседним деревцем. Вот по их-то виду сразу можно было сказать – животные больны. И, кажется, они вполне не прочь поймать-таки столь хорошо стоящего серого. Хотя… две пары глаз устремились на двух «новеньких». Визжа на своем языке, лисички разбежались в разные стороны, намереваясь встретиться уже у какой-то части тела или Айна или Кель'амарта.

Lf

+2

96

Едва Айн вскочил на свои четыре, как его вновь повело в сторону. После той памятной драки у водопада, где он хорошенько приложился головой о прибрежные валуны, подобное случалось не то что бы часто, но бывало. Тем не менее, на лапах Капо устоял, а для больше надежности еще и расставил их пошире, словно намереваясь выдержать удар тарана, не иначе.
Незваное, комично нескладное создание последовало примеру черного амбала и проехалось мордой по жиже, что должна именоваться землей. Мгновенно среагировал Кельамарт, минутой раньше бросившийся тому наперерез. - Двое? - Отрешенно подумал Айнзамкайт, не осознавая смысл сказанного. Он взглянул на голубоглазого и поморщился от истеричного вопля, который так же пронесся мимо его сознания, оставшись простым шумом. Смотрел на незнакомца сталеглазый с недоверием - а где же тот грозный, безумный зверь, что мчался им навстречу? Был ли наваждением тот болезный, или же наоборот, теперь спрятавшийся под личиной безобидного? Зверь перевел взгляд на состайника, ища подсказку о том, что же происходит на самом деле. Долго ждать не пришлось, поскольку объяснения сами рванулись навстречу страждущему рыжими визгливыми молниями.
Айнзамкайт безмолвно осклабился и хищно подобрался, чтобы в случае чего можно было легко отскочить или наоборот, рвануться навстречу. Подпускать к себе этих бестий было опасно, и в силу мелких габаритов состязаться с ними в ловкости шестидесяти килограммовой туше было затруднительно. В дурных головах обезумевших явно засел какой то план, а потому Айн, внимательно следя за их приближением, приготовился отразить атаку на себя ли, на Кельамарта ли - не суть важно.

0

97

Глаза Келя опасно сощурились, волк внимательно изучал незнакомца. Краем глаза он наблюдал за Айном и его попытками подняться, на вопросительный взгляд сложно было ответить что-то толковое, потому волк просто неопределенно мотнул головой. Вроде, выглядел чужак нормальным, но природную подозрительность, воспитанную годами трудно сходу запихнуть подальше. Однако та парочка, что выскочила из-за куста сейчас казалась куда более опасной...
Волк развернулся в сторону рыжих зверюг и оскалился, при этом стараясь не выпускать и чужака из поля зрения. Не дожидаясь, пока лисицы подберутся вплотную, Кельамарт шагнул ближе к Айнзамкайту, доверяя тому спину, а противникам предоставляя ровные ряды белых зубов. Самое главное - не позволить им порвать шкуру. Сам Кель еще ни разу с больными животными не сталкивался - Шитахи миловал. Мертвых видел, но вот так - нос к носу... Страха не было, лишь голая решимость: не подпустить, защитить себя и собрата. Самое страшное, что может случиться - он отдаст душу своему богу. Что ж, не самый плохой вариант, когда особенно не за что цепляться, кроме идеи. Кел презрительно ощерил пасть.

0

98

И волк побежал. Не могли же незнакомцы знать, что все это время голубоглазый гонялся за двумя бестиями, пытаясь лишить их жизни. Только те явно не желали умирать. Весна, да? Лапы разъезжались. Приторный вкус песка во рту. Хищнику даже казалось, что песок продолжает хрустеть в пасти. Его глаза уловили движение, и, кажется, серый даже знал, как поступят лисы. Но не угадал. Лапы подвели именно в тот момент, когда он набрал неплохую скорость, пытаясь пройти наперерез лисичкам. Но те и не видели своей первой жертвы. Наверное, все готовы были проклинать грязь и этот день, потому что разъехавшиеся в разные стороны лапы и скорость – понятия несовместимые. В итоге серый просто-напросто задевает лапой Келя, едва ли не лишая того равновесия, и благополучно почуял зубы в своем заду. Серый взвизгнул и заорал так, что Боги вообще отдыхают в сторонке. Вторая лисица тем временем решила ухватить хвост Айна, ее-то лапы, похоже, не подводили. Только вот лиса, найдя цель в сером, вовсе тому не обрадовалась. Отпустив орущего волчару, лиса чуть-чуть попятилась. Пена, выступившая из ее рта, не предвещала ничего хорошего. Кажется, если еще потянуть время, будет трое на двоих. При этом две шустрых и один просто будет.


Lf

0

99

Страха не было. Айнзамкайт уже давно перестал цепляться за свою шкуру, слишком много трудностей ему довелось пережить, которые выжгли и притупили большинство эмоций. Им властвовал холодный расчет и разумная осторожность, отключавшиеся лишь в те моменты, когда речь заходила о религии и сопутствующих ей вещах.
Зверь напряженно проследил за кульбитом серого, что неловко зацепил своим нескладным телом товарища, и утробно рыкнул, выказывая свое недовольство. Таким незатейливым образом незнакомец из фигуры нейтральной был моментально переведен в категорию потенциально опасных, Айн не делал скидки на ситуацию и явную трусливость голубоглазого. Уж лучше бы бежал, бежал куда подальше, огибая безумцев километровой стороной... Осечки он не прощал. Глаз за глаз, зуб за зуб четырехкратно и стократно - вот чем руководствовался Капо, когда речь заходила о безопасности стаи.
По бабьи визгливая трель больно ударила по ушам, возвещая округу о том, что в полку болезных прибыло. На периферии Айнзамкайт заметил змеиное движение гибкой лисицы, чьей координации, видимо, никак не повредило стремительное разрушение головного мозга. Белый Капо вышел из оборонительной стойки, отпрыгивая в бок, тем самым разворачиваясь лицом к опасности. Естественно, что хвост он предусмотрительно поджал, уберегая от клыков рыжей напасти. Коль скоро ему улыбнется удача и та пролетит по инерции вперед, ему представится неплохой шанс придушить заразу к чертовой матери...

+1

100

Если бы Кель'амарт знал, что сейчас ощущает его сородич, с которым довелось сейчас сражаться бок о бок, ему показалось бы, что всю душу его вывернули наизнанку. Слишком...слишком похожими они были с Айном...и не только внешне. Наверное, братья не могут быть настолько похожими.
Но Кель этого не знал. Не знал, что творится в душе сталеглазого воина. Неожиданный рывок серого чужака едва не сбил его с ног, и лишь в последний момент черный успел отшатнуться в сторону, удержавшись на лапах. События разворачивались стремительно: лисы атаковали, минуя оскаленный морды и целясь в более незащищенные участки тел. Слава Шитахи, на данный момент они избрали своими целями серого незнакомца и менее удачливого Капо, что развязывало лапы... Белый Солдат метнулся в сторону с ловкостью, которой, кажется, не может быть в столь крупном теле, но, спасибо матери-природе, черный был наделен жилистым телом, а не грузной горой мышц. Волк обходил лисицу, отскочившую от голубоглазого незнакомца, сзади. Мышцы перекатывались под ониксовой шкурой, белые зубы скалились в беззвучном рыке, глаза превратились в две лужицы расплавленного металла. Дождавшись удобного момента, Кель рванулся к рыжей нечисти, намереваясь схватить плутовку за загривок. Рывка должной силы будет достаточно, чтобы сломать ей шею.

0


Вы здесь » Последний Рай | Волчьи Истории » Северная часть » Медвежьи холмы