24

@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/94997.css); @media screen and (max-width: 768px) { html, body, #pun, .punbb { width: 890px!important; background-color: #FFFFF0!important; }}
@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/18597.css); img.a-info { margin-top: 19px!important; margin-left: 230px!important; width: 60px; z-index: 9999; } @media screen and (max-width: 768px) { html, body, #pun, .punbb { width: 890px!important; background-color: #dad2c7!important; }}
@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/32396.css); tr#forum_f59 table#tab-for { width: 400px!important;} tr#forum_f59 #tab-for tr{ width: 400px!important; }
@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/32248.css); tr#forum_f59 table#tab-for { width: 400px!important;} tr#forum_f59 #tab-for tr{ width: 400px!important; }


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Яндекс.Метрика
ПРАВИЛА ОЧЕРЕДНОСТИ
В очереди указываются все игроки, которые находятся в локации. Все, чья очередь еще не наступила, выделены серым цветом.
имя - очередь этого игрока
- очередь сюжетной игры / переполнение локации (5 дней на пост)
- очередь обыкновенной игры (7 дней на пост)
имя - игрок временно вне игры
>> имя - персонаж ожидается в локации
[имя] - персонаж отыгрывается гейм-мастером

Уважаемые игроки! Не забывайте входить в систему (примечание: вход возможен не на всех мобильных устройствах) перед тем, как начинать игру, иначе ваши посты не засчитаются или отпись вовсе будет невозможна. Для входа в систему нажмите кнопку в левом нижнем углу экрана. В ходе действий по дальнейшей инструкции кнопка станет белой. Если этого не произошло, обращайтесь в данную тему .

Последний Рай | Волчьи Истории

Объявление


VIP:
Король Лев. Начало

Каталоги:
photoshop: Renaissance LYL White PR
Обновления августа:
20.08.2018
Всем игрокам, участвующем в сезоне, в профили установлены таблицы способностей и подарков.
17.08.2018
Полностью обновлена система артефактов.
06.08.2018
Стартовал игровой сезон "Ветер Перемен".
Обновления июля:
18.05.2018
Игровой сезон завершился, стартовала Перекличка!
Обновления мая:
05.05.2018
Произведена смена отображения ТОПа в таблице. Расширен функционал раздела "В игре".
Обновления апреля:
07.04.2018
Обновлено описание и иерархия Пожирателей Смерти! Убедительная просьба всем членам фракции ознакомиться с темой Стаи и группировки. Списки жителей.
06.04.2018
Стартовал новый литературный конкурс!
02.04.2018
Мы пережили первое апреля! А еще на запах веселья прибежали новые стикеры.
Обновления марта:
31.03.2018
Добавлена мобильная версия дизайна, кнопочка находится меж двух, уже привычных вам. Ведутся работы по введению новой удобной профильной особенности.
19.03.2018
Введен учёт еженедельной активности.
06.03.2018
Флешмоб: Антикосплей начинает своё действие!
Обновления февраля:
17.02.2018
Обновлён дизайн!
10.02.2018
BELTANE: фестиваль в честь старта сезона
06.02.2018
Завершена перекличка, просьба начать подготовку к игре!
Результаты ТОПа сезона можно увидеть в соответствующей вкладке таблицы.
03.02.2018
Установлено большое обновление, переработана тема правил
02.02.2018
ВНИМАНИЕ! ГОТОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ СПИСОК НА УДАЛЕНИЕ!
А ещё добавлено некоторое количество милых стикеров.
Обновления января:
16.01.2018
Открыта Акция: Второе Дыхание!
13.01.2018
Открыто голосование!
03.01.2018
Открыт праздничный аукцион способностей!
Обновления декабря:
27.12.2017
Такого вы еще не видели! Сенсация! Перейдите по ссылке, чтобы..
09.12.2017
Обновлён дизайн форума.
08.12.2017
Полностью переработана тема О Городе.
02.12.2017
Обновлены наборы смайлов и стикеров в форме ответа.
Уважаемые гости форума!
Добро пожаловать на ролевую игру "Последний рай"!
Вы попали на Остров – клочок земли, окружённый со всех сторон бескрайним смертоносным океаном. Его нет на картах, его невозможно найти с самолёта или корабля, а тем, кто случайно ступил на сушу, не суждено вернуться домой. На Острове царят свои порядки. Стаи разумных волков, способных принимать человеческий облик, люди, заселившие центральные земли, и лисы, которые хранят свои тайны – те, кто диктуют правила выживания в этом суровом небольшом мире. Ступайте осторожно и прислушивайтесь ко всему, что окружает вас. Остров полон секретов. Здесь можно повстречать существ, о которых на большой земле слагают легенды, и найти двери в миры, где стёрта грань между реальностью и фантазией.

Игровой сезон: "Ветер Перемен"

Готовые персонажи:

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Рай | Волчьи Истории » Восточный край » Стайные холмы


Стайные холмы

Сообщений 81 страница 100 из 177

1

http://satirics.net/d/img/22c9c634d01dabd864e5.png

Ближайшие локации
------------------ ♦ ------------------
Север | Папоротниковая роща
Юг | Голая граница
Запад | Пустая поляна
Восток | Поляна у логова

0

81

Тени. Ему почему-то казалось, что все вокруг превратилось в это бесформенное темное пятно. Будто он здесь один на один с Сильвой, и пустота… Все… Даже глубокие голубые глаза не могли проникнуть в эту темноту. Хронос на мгновение прикрыл глаза. Уши стояли торчком, чтобы не пропустить ничего. Но… Все пропускалось. В такой важный момент (впрочем, где тут важность? Если только показуха) он понимал, что больше не может здесь находиться. Будто еще чуть-чуть и взорвется, как звезда, для которой пришло ее собственное время. Ненависть съедала изнутри. Как червяк. Медленно, неукротимо, пожирая самое важное. Мышцы на груди нервно дернулись. Уже хотелось бежать, но пока что было нельзя. На самом деле серый не знал, почему все это время терпел брата и сестру, почему не поднял бунт. Хотя, ответ вполне лежал на поверхности… Раздавили бы, что у Лиги мало фанатиков? Или точнее будет сказать, что у Азазеля было мало фанатиков и подражателей? И душа скривилась от одного упоминания этого скверного имени. Нет у него семьи. Сердце болезненно сжалось. Он медленно открыл глаза, которые горели, как два драгоценных камня. Глаза, которые были ему свойственны тогда в детстве, когда познавался мир. Только теперь этот свет был ничем иным, как злобой и ненавистью. И со всем этим он пошел вперед? Зачем они шли к Ярополку? Зачем он вообще был двум волкам, для которых Лига – не более, чем медленно убивающий яд? Что он мог им сказать? Что он мог сделать? Да, кто он вообще? Всего-то дозорный, решивший взять в свои лапы правление стаей. Вожак, как гордо звучит. ПФ… Власть портит всех, и его испортит тоже. И ее тоже. Или же всякий раз будет под его лапами сидеть, да за спиной прятаться. А он… Не слишком стар? Неужели думает что сможет долгое время тащить стаю за собой? Придет какой-нибудь глупец, с силой побольше, да помоложе, и просто скинет старого Ярополка, как пыль с полки. Хро не переставал смотреть ему в глаза, понимая, что тот что-то говорит, но не желал слушать. Ему было просто плевать на слова. Он бы и не пошел сюда, если бы не его любимая бегунья.  Зачем серому мнение какого-то старика? Только вот, не ушло от стальных глаз презрения, мелькнувшего в глазах старика. И внутренний смех чуть не вырвался наружу. «ты столько лет служишь этой стаи, да только, знаешь ли ты хоть кого-нибудь из тех, кого поведешь?» Так и хотелось посмеяться ему в глаза, и сказать много слов, за которые, скорее всего, серого бы подрали на части. Но это точно того бы стоило. Только… Она останется одна. Кому будет нужна эта глупыха? Ведь, того гляди и ее бы раздавили и не заметили.  Или заметили бы? Чтобы показать, какова сила Лиги, нате вам жертву в виде серой волчицы. И Хронос с силой мотнул мордой. Все это не то и мысли не о том. Главное что ее не тронули. «Не слишком ли много нежности для той, с которой всего несколько дней назад аж умудрился подраться?» И в голове образ драки. Вот уж к чему-чему, а к этому он ни за что в жизни больше не хотел возвращаться.  Не то! Странно, впервые мозг начал кричать ему, чтобы очнулся уже. И серый очнулся, поворачивая морду. Кажется, им разрешили уйти? Какое снисхождение! В ножки не покланяться за это, интересно? Мысленно усмехнулся, направляя взгляд на Рагнара. Точно, это он еще совсем недавно произнес речь? Хотя бы кто-то пошел против Ярополка. Что ж браво. Только, похоже, все это было впустую. Слишком молод и глуп. И снова взгляд остановился на Ярополке. Странно, к своему мертвому брату он испытывал неприязнь и ненависть, но этот волк вызывал что-то более худшее, чем брат. Может, из-за того, что в нем не текла проклятая кровь?  Или была иная причина? А какие речи! Оставалось только дружно похлопать и разойтись восвояси, мол концерт окончен. Но серый лишь внутренне рассмеялся, впрочем смех отразился и в глазах. Хотя внешне все оставалось столь же спокойно, и никто, казалось, не мог рассмотреть, какой кавардак сейчас творился в душе серого волка…
Он боком почувствовал движение серой самки. Ухо невольно повернулось в ее сторону. От чего он знал, что она будет говорить? Да, к гадалке не ходи. Она только что вышла в толпу оглоедов, грех не похвастаться собой, не поликовать ради себя любимой. Как же так! «Как это понимать?». Каждое слово отчеканилось в сознании, оставляя свой след в душе. Казалось, что в этой самой душе внезапно появились отпечатки от раскаленного железа. И медленно, сначала глаза пронзили самку своей сталью. А потом и морда медленно, будто огненное зарево опустилось к морде Сильвы. И горячее дыхание опалило переносицу самки, а волк все не останавливался. И остановился лишь в тот момент, когда его переносица полностью опустилась на переносицу самки. И сталь его глаз смотрела четко в ее глаза. И тело поднялось, практически всем своим весом наседая на серую, будто Хронос хотел подвинуть ее куда-то дальше этого глупого собрания, дальше Лиги, дальше всего этого мира.
- Гляжу, смелости понабралась. – холодно спросил волк, будто разговаривал с каким-то рядовым. – Что, горда собой? А если бы они тебя сожрали? Если бы выдали мне, в лучшем случаи, твои тощие кости?
И с каждым вопросом он все сильнее давил на морду самки, будто решил склонить ее волю, хотя та ему явно была ни к чему. Просто надо было выпустить гнев, и он бы выпустил в другом месте и в другое время, но… Серая сама напросилась.
- Ты бы обо мне хоть на секундочку подумала бы, - чуть слышно произнес волк, поднимая морду, но продолжая смотреть на Сильву, как на комок шерсти, чем-то напоминавший котенка.

Отредактировано Хронос (2014-02-09 14:57:48)

+4

82

Интуиция не обманула ее и в этот раз - буря не заставила долго себя ждать. Разведчик медленно повернул свою морду, и в стальных глазах не было и намека на мирный разговор. Подавив малодушное желание медленно попятиться, а там - вдруг повезет! - и вовсе ретироваться, Сильва воинственно выпрямилась и вздыбила шерсть, словно готовилась к очередной драке. А кто сказал, что драться можно только исключительно с использованием грубой силы? Да и, к тому же, чего самка не умела делать так это мириться с положением, ставившем ее в невыгодные условия.
Слишком близко!
Чужое дыхание обожгло морду, а затем лоб уперся в лоб. Раз - и все, не было между ними никакой дистанции. Да как он посмел?! В глотке заклокотал тихий низкий рык - единственная реакция, прозрачно намекающая на отношение серой к подобным вольностям. Посланница не вздрогнула, не дернулась назад и не отвела взгляда, хотя и очень хотелось судорожно отпрянуть, снова устанавливая безопасную дистанцию - любое из этих действий означало бы признание за собой поражения. Даже не дернулась в попытке вцепиться зубами обидчику в нос, позволяя охватившему ее бешенству взять над собой верх, хотя месяцем ранее непременно так бы и поступила. А, наверное, стоило бы, ведь вместо того, чтобы остановиться на достигнутом, этот серый гад еще и сдвинуть ее с места вознамерился, если не вовсе вдавить в землю. Из-за неискоренимого природного упрямства Сильва на мгновение забыла про свои злость и обиду, пошире расставляя лапы в мстительной попытке перебодать Хрона, но куда уж там - разница в росте, весе и физической силе не оставляла ни малейшего шанса это сделать, вынуждая медленно сдавать позиции и сгибаться под весом напирающего самца. Унизительнее не придумаешь.
Смысл сказанного достиг серой далеко не сразу, да и то довольно выборочно. В частности, первым "в глаза" почему-то бросилась ассоциация себя с глупым щенком, которого пытаются ткнуть мордой в собственную лужу. Этот удар гордость серой (к слову, тоже довольно выборочная и своеобразная) пропустить не смогла. Злобно сузив янтарные очи, самка дернулась, попытавшись разогнуться и оттолкнуть тем самым морду самца, но эта попытка закончилась так же, как и предыдущая - безрезультатно. С таким же успехом можно было бы пытаться прошибить головой скалу - и лоб расшибешь, и вперед не продвинешься. Вот так значит? С языка был готов сорваться десяток самых разнообразных запальчивых фраз, все как одна язвительных и необдуманных. Ну и пусть! Потому что было обидно, неуютно, неловко... да хоть как! Сильва даже набрала в грудь побольше воздуха и... Серый отступил, а самка, меньше всего готовая к такому повороту событий, пошатнулась, чудом не  нырнув головой вперед.
Боковое зрение засекло смазанное черное пятно - кажется, рядом что-то обсуждали, что не удивительно - по волнующей умы многих теме, но что-то подсказывало, что вертеть ушами, а вслед за ними и головой по сторонам было чревато. Едва удерживаясь от желания потереть морду лапой, ощупывая многострадальный лоб на предмет шишки, Сильва выпрямилась и хмуро зыркнула на самца исподлобья. Все ругательства и колкости, вертевшиеся на языке всего лишь пару мгновений назад, исчезли, оставив после себя короткое но емкое "Ну и гад же ты". Впрочем, это звучало уже намного безобиднее. Первый порыв злости благополучно миновал, не оставив после себя колоссальных разрушений. Пожалуй, это можно было назвать какой никакой, а маленькой победой. Губы растянулись в привычной ухмылке, правда, блеклой и менее выразительной. Но кто мы без своих привычек?
- Горда? Ты еще спроси у солнца, гордо ли оно тем, что каждый день восходит и заходит, - Хрипло усмехнулась самка. - Будь у наших бравых состайников побольше понятия о чести и дальновидности, этого собрания и не было бы. Но коли мы докатились до такого, кому-то нужно исправить уже совершенные ошибки. Кто-то должен их исправлять. Кто, если не я? Думаешь, не знаю, чем все могло бы обернуться? Да чтоб ты знал, знаю прекрасно! - Под конец сорвавшись чуть ли не на крик, самка снова начала походить на воинственно распушившегося воробья. Со стороны они наверняка смотрелись очень живописно: ледяное спокойствие и кипящий клубок эмоций. Лед и пламень, не иначе.
Вот так и бывает: начинали за здравие и закончили за упокой.
Наверное, не стоило заканчивать все вот так, на повышенных тонах. Можно привычно разругаться в пух и прах, а через два часа снова общаться как ни в чем не бывало, даже не вспоминая о недавнем разногласии. Но этот разговор явно был не из тех, проходящих без последствий. И вот опять мы подходим к тому, что кто-то должен был сделать первый шаг к мирному финалу. Та-а-ак... Минуточку! Что это, уж не гордость ли снова решила напомнить о себе?
"Кто, если не я?" - иронично и горько промелькнуло в голове. Самка на мгновение прикрыла глаза, чуть опуская голову и сразу становясь как-то меньше, безобиднее. Решение, хоть и не относилось к разряду таких глобальных вопросов, как будущее любимой стаи, далось не так уж просто, если не сказать, что сложнее.
- Но зачем ТЫ каждый раз норовишь залезь в петлю за мной? - Добавила Сильва уже спокойнее, не зная, как повернуть разговор в нормальное русло. Что-то подсказывало, что этот безобидный на первый взгляд вопрос являлся частью искомого решения. вот только какой именно?

Отредактировано Сильва (2014-02-12 21:52:13)

+3

83

- Кто же? - безмолвный вопрос в жестких глазах, полных вызова, оставался без ответа. В наступивших сумерках, холодных, несущих с собой жуткие признаки небывалых морозов и перемен, накаленная до предела атмосфера страстей и интриг, пробирала тело не молодого уже волка ожиданием, щекоча накаленные нервы, заставляя шерсть щетинится воинственно вдоль хребта. Однако, холодный взгляд Варяга не встретил открытого противостояния, ни кто не посмел выйти и оспорить новую власть, более вставить слово поперек. - Значит бояться, значит уважают, так то. - с жесткой усмешкой, не меняя вызывающей позы, заметил про себя оторопь молодых старик, нерешительность матерых, да некий угрюмый взгляд иных, да молчаливость. - Не говорят вслух, сукины дети, только очи долу прячут. Конечно слово мое не каждому по нраву,  но...  Как я сказал так и будет! - громко, перекрывая завывание ветра и шум в голых ветвях деревьев, сказал Ярополк, зычным голосом своим сотрясая воздух, сам же чернея на белом снегу грозным изваянием. - На закате Лига выдвигается к Драконьей горе. продолжил сведя густые брови, да сверкая потемневшими голубыми глазами, - Кому супротив моя речь, да поперек глотки, бегите вон! Доколе гнев мой не обратился на вас! - и поведя могучими плечами, поставил жирную точку. - Я все сказал.  Так вершилась судьба стаи, принимая новый виток в истории и хронологии событий. Под стылое завывание ветра и такой же пронизывающий взгляд, со стороны Ярополка, лигийцы соглашались с новой властью, не смея более оспаривать его право на первенство.
Медленно, с достоинством, Варяг двинулся прочь из центра круга, туда, где он оставил Шабаш. Дорогой, взор его упал на Рагнара, нет воин не забыл про него и речи его, а потому подойдя вплотную и увидя безмолвствие молодого, несколько сконфуженный вид, да зрительную подчиненность, быть может ложную, - смилостивился. Словно отец обратился он к нерадивому "чаду", нависнув, подобно коршуну над "орленком", грозно и зычно, доступно для слуха прочих волков произнес, - Ты молод и глуп щенок, а потому я не стану в этот раз портить твою окаянную шкуру, хоть ты и заслуживаешь хорошей взбучки. Впредь заруби себе на носу не перечить старшим и взвешивать слова прежде, чем класть на чашу весов! А теперь ступай. Холоп. Сказав так, да для пущей острастки показав кончики желтоватых клыков, повернулся и пошел прочь, не оглядываясь на молодого волка славный воин, глазами же цвета весеннего неба, выискивая возлюбленную. Совсем скоро он заметил ее удаляющуюся фигуру, одиноко таящую в стылых сумерках. Затеплился в сердце огонек нежности, тронула губы едва заметная улыбка и черной молчаливой тенью направился он за ней следом, оставляя собрание лигийцев и весь мир там, там где есть все, кроме них двоих. Оставляя все до совсем скорой встречи, до военного похода и воинской славы темнолунцев!

----- >> выведен из игры.

Примечание: пост отписывала Фриса по просьбе Шики. (все вопросы касательно этого поста к ней)

+1

84

Сосредоточенно Рагнар глядел на состайников. Но всем и правда было наплевать. В чьи бы глаза он не глядел, он видел только злость, усталость и раздраженность. Этих волков ничто не волновало! Они хотели, чтобы все поскорее закончилось. Чтобы идти отогревать свои задницы. «Как вообще можно иметь такое отношение к своей стае?!» - бесился Рагнар. «Может быть, и вправду будет хорошо, если Изгои отделятся? Если уж мы и свои собственные проблемы не можем расхлебать.»
Волк так далеко ушел в свои мысли, что совершенно не заметил, как дозорный (вожак?..) вновь приблизился к нему. Рагнар дернулся от неожиданности, увидев морду Ярополка совсем рядом со своей.
В душе он скривился от слов, которые новый Князь сказал ему. Тоже мне нашелся, милосердный! Но Рагнар умел быть сдержанным. Ни один мускул не дрогнул на его морде, когда Ярополк вновь опозорил его перед стаей.
«А впрочем, пусть. Если он будет воспринимать меня как щенка, который ничего не умеет и ничего не знает… если он не будет принимать меня в расчет… мне будет легче противостоять ему.»
Без единой эмоции Рагнар выслушал все то, что сказал Князь. Вероятно, он думал, что говорит это дружелюбно и по-отцовски, но у него не особо вышло. Ярополк гордо отвернулся и ушел, думая, что он поставил Рагнара на место. Гордость и раздражение разом взыграли в молодом волке, и он тихо зарычал. А потом внезапно повернулся и побежал прочь – ему уже было на все наплевать. Ему нужно было остыть, прогуляться где-то вдали от остальных волков. И Рагнар побежал куда глаза глядят.
А глаза его глядели в сторону города.

+1

85

Какими странными все-таки бывают ситуации. И вот наступают они, и что с ними делать? И вот пришло это, и что он делал? Бежал? Пожалуй. Где-то в глубине души, ведя беседы с самим собой, серый понимал, что убегал от проблем. И взваливал на себя еще куда большие, чем есть. Вот она ошибка многих. Слишком много на себя взваливают. Столько, что гнуться под весом непреодолимого. Наверное, стоило просто отказаться от всего? Жить, как раньше, не зная этих забот о других. Когда каждый день посвящаешь только себе. Но… Вечно эти но. Его сердце давно уже не принимало такого образа жизни. Ему нужны были чувства, нужно было тепло и поддержка. Иии… Серая вовсе не была той, кто дарил тепло, но она дарила успокоение, дарила его душе то, что заставляло волка двигаться дальше. И давала что-то еще большее, чем вышеперечисленное. Нет, это вовсе не любовь, как вы могли подумать, это было понимание. Хотя, было ли? Все не так. Тяжело выдохнул воздух. До чего же забавная была реакция. А какое сопротивление! Грац. Так и хотелось похлопать самке, да улыбнуться во всю морду, показав, как горд собой. А на самом деле просто насмехался и просто хотел защитить. Сильва вообще та, кого ему просто хочется обнять, и не отпускать никуда. Не отдавать никому. Но, Хронос разозлил серую, даже сильнее, чем разозлил. Хех. Усмешка на морде. А как дивно чуть не упала, не ожидая того, что серый уберет – таки свою морду. Даже в такой нелепой ситуации нашел как повеселить себя, пусть и немного. Интересно и почему они друг друга раздражали, но продолжали тянуться друг к другу?  Что было такого в ней, что он тянулся. И что было такого в нем, что она позволяла идти за собой? И находясь в своих мыслях, Хро как-то не сразу заметил, что волчица –то начала остывать. А так пылала еще минуту назад. Но вот уже то выражение на морде, что столь свойственно только этой самке. И ухмылка в ответ, мол, кто кого? И вопрос, который не заставил дрогнуть ни один мускул на морде. Ох. Лишь тяжелый выдох. Так хотелось съязвить, так хотелось сказать еще много колких фраз, ведь, что она несла? Боги, только послушайте!
- Кто, если не я? – сухо спросил серый, полностью игнорирую вопрос про гордость, потому что чувствовал, если начнет – остановить будет сложно. А зачем эта трата времени, когда можно потратить его на более важные вещи? Только, что за такие важные вещи? Глубокий вдох, и медленный выдох. Сталь глаз смотрела на самку, словно искала ответы на немые вопросы. Понимала. Конечно, а что еще она могла ответить? Да кому нужны две – три жалкие жизни, которые вряд ли выберутся? Как издевательство? Или Ярополк решил посмотреть, как они смогут подняться? Или упасть? Скорее второе.
- Иногда не стоит бежать впереди паровоза, - прикрыв глаза произнес серый. Тогда и не будет возникать этих вопросов. Ненужных вопросов и ответов.  Только смысл было мусолить теперь эту тему? Надо было уходить. Ближе к теплу. Не хватало еще замерзнуть. Только вот, похоже, серая не особо спешила уходить. Вопрос, который был задан, заставил распахнуть глаза, будто в спину воткнули что-то острое. Хронос даже поморщился, слегка приоткрыв пасть, но зубов так и не показал, впрочем и не собирался.
- А знаешь, - протянул он, смотря на голодное вечернее небо, - я сам долго задавался этим вопросом. Зачем я хожу за ней? Что мне от нее надо? Почему я трачу на эту волчицу свое время? Почему именно я свалился в тот день в твой грязевой «дом»? и не находил ответа. Потому что мною двигало что-то, что я сам до сих пор толком и не осознал. До последнего момента. И до этого собрания не понимал. Или не хотел понимать?
И самец на мгновение замолк, не опуская глаз. Словно думал над чем-то весьма важном. И в голове сотни мыслей. Сказать? Но он так боялся потерять и ее, что разум невольно начинал борьбу с сердцем. Только, разум победит, и Хроно это знал. И если он победит… Ничего хорошего из этого не выйдет. Все будет бессмысленно. Медленно сталь его глаз поймала темный янтарь, такой теплый, не смотря ни на что. легкая улыбка на морде.
- Потому что… Я люблю тебя.
И ему показалось, что мир провалился куда-то в бездну. Что стало невыносимо жарко, хотя еще секунду назад, он мог поклясться, что замерзал до костей. Хвост невольно дернулся. и так странно было на душе. Не облегчение. Что-то другое.

 

--->> ??

Отредактировано Хронос (2014-03-05 19:54:30)

+2

86

Казалось, не нужно было уметь читать мысли, чтобы предугадать: пусть и про себя, пусть и не открыто, но он все же насмехался. Над чем? Над стремлением всеми правдами и неправдами сохранить то, что было дорого ей? Или готовностью стать жертвенным барашком? Над чем? Нет, Сильва к своему удивлению не чувствовала обиды, словно бы давно уже привыкла к насмешкам со стороны серого и не воспринимала их всерьез. А ведь если подумать, и правда не воспринимала. Когда же..? Скорее  недоумевала или даже... Нет, не так. Понимая, что рискует увязнуть в этих рассуждениях как в паутине, вестница с облегчением задвинула клубок противоречий на задний план.
И опять. Откуда это ощущение себя нашкодившим щенком, которого отчитывает взрослый наставник? Не должно его быть.
- А иногда это единственное, что ты еще можешь сделать, - Возразила Сильва, правда без особого энтузиазма, без запала. Да и собеседник ее явно не желал продолжать мусолить скользкую тему. Можно ли было считать это первым маленьким успехом в выкручивании из возникшей ситуации? Хотелось думать, что да. Было ли это хорошо? Видимо, нет. Изменение выражения морды самца не предвещало ничего хорошего. А, впрочем, когда было иначе? Но разве не этим ли привлекало ее общение с серым лигийцем, их ссоры и взаимные попытки уязвить друг друга посильнее? Непредсказуемостью, остротой, сравнимыми с прогулкой по тонкой кромке льда. Кто еще мог одним выражением своей морды довести Сильву до белого каления или же наоборот вылить на голову ушат ледяной воды? Было бы... обидно терять столь ценное знакомство.
- А знаешь.
- Не знаю, - брякнул внутренний голос. Самка хотела было уточнить, что именно она такого знает, но Хрон продолжил свою речь, глядя куда-то вверх, как будто отыскал там что-то интересное. Неизвестно, что заставляло нервничать больше: упорное нежелание смотреть на собеседника или та странная окраска, с которой самец произносил свою витиеватую речь. И чем дальше он заходил в своем монологе, тем крепче зрело внутри самки что-то протестующее. Ну не говорят подобным тоном ничего хорошего, так не бывает! Хотелось оборвать его на полуслове, заорать "Довольно! Не продолжай!", а если не поможет, развернуться и малодушно дать деру, не дожидаясь кульминации. Что бы ты не имел ввиду, я не хочу это слышать!
А кульминация все же состоялась независимо от ее желания/нежелания. Судя по всему, для пущего эффекта виновник тем временем ретировался. Мол понимай как хочешь. Оставалось надеяться, что не в кусты. Ощущая себя так, будто по голове прошлись чем-то тяжелым, серая подозревала, что выглядела в этот момент довольно глупо. С округлившимися глазами, растерянным выражением на морде и немым вопросом "Что-что, прости?", не находя что ответить. В довершении картины - на виду у множества глаз, ставших свидетелями разыгранной драмы. Нелепей не придумаешь.
И, не выдержав, Сильва вскинула голову и расхохоталась. Страшно подумать, на какую-то ужасающую долю мгновения она действительно ему поверила. А может все таки..? Да не может быть такого! Не бы-ва-ет. Шутка и впрямь была хороша, в лучших традициях зеленоглазого. Вот только веселье было наигранным, а что за ним запряталось - лучше не думать. И серая не думала, меньше всего желая признавать, что кому-то все-таки удалось ее уязвить.
На глазах навернулись слезы. Отсмеявшись, вестница наконец обратила внимание на то, что творилось вокруг. Неподалеку притаился тощий встрепанный волчок, кажется, лигийский, по всей видимости давно уже подглядывающий за событиями. Накатившую волну раздражения серая встретила почти что с облегчением.
- Чего уставился? Пшел отсюда!
То ли смутившись, то ли не желая связываться с маленькой, но очень воинственно настроенной самкой, долговязый волчок бочком протиснулся в растянувшуюся вереницу покидающих холм и вскоре затерялся в толпе. Долго еще стояла Сильва, рассматривая проходящих мимо, но то ли желающие потолкаться уже благополучно покинули собрание, то ли не желали связываться, завидев опасный огонек в глазах восходящей. В конце концов серой надоело ждать неприятностей, да и запал исчез, и она медленно пошла прочь.

--->> ??

+4

87

Lebanon Hanover – Sadness Is Rebellion

Правда, хотелось бы прикончить всех, кто не соответствует твоим внутренним идеалам? Всех, кого считаешь никчемными? Да и были ли такие? С некоторых мор они были слишком благосклонны ко всему, что окружало их. Вероятно, от отсутствия чувств. Они помнили разные вечера - голодные, страшные, восторженные. Эти лишь пустотой отзывались внутри них. Мысли, которые еще оставались в нашей голове, в нашей шумящей, как сломанный радиоприемник, голове, превращались медленно, но верно, в жвачку для мозгов, и то, уже близких к разложению. Никаких умных, горделивых размышлений, так любимых нашими богами - остались лишь плевки чьи-то, каких то смутно знакомых лиц, у которых - урывками, случайно, - своровали куски фраз, которые обдумывали, смаковали, варили в собственной крови и заправляли им собственное слабое, равнодушное ко всему сердце. Все, что тревожило нас, превратилось в странный круговорот из того, что порядком успело надоесть даже нам самим. Старая привычка.
Разлагаешься, с усмешкой подумал. Действительно же - когда ты успел перестать мечтать, ведь это была твоя единственная привилегия? Единственное, что отличало тебя от пустых актеров в этом театре, которые лишь наигрывали, изображали движение души? При этом, конечно, хотелось быть циником, но не обманешь себя, душка, в этом - хоть врать, конечно, ты мастак, как считали они, - ты никогда не был одним из грубых чертей, зализывающих свой мирок серой краской. Твои картины были до боли ярки, были, были - сейчас? Мерзкое ощущение боли и сочувствия к себе прокатилось по телу, заставило его немного свернуться, согнуть позвоночник, основать гору на спине в честь своих слабостей, показать темноте зубы - и снова в убежище. Стареешь? Как бы не так. Коварные помыслы, то, чем жил когда-то, еще билось в тебе, заставляло делать что-то, ходить, чем-то интересоваться, но все это подобно овощу, что ходит с простреленным навылет разумом. Мысли тихо текли по течению - никаких былых всплесков, когда хотелось всему миру разболтать о том, кто ты, о том, что хранишь - не было ничего такого, что таилось бы от них, от тех, кого раньше хотелось убить всех, до единого. И угрожаешь самому себе сейчас, проказник. Маленький, странный придурок по имени... как твое имя, ничтожество? Имя ложь, имена не нужны для того, что снова преисполниться любви и променять это все на страдания, отрекаясь от собственного счастья - просто потому, что так сказали, потому, что сам когда-то решил, и пусть это было обманом. Когда это случилось? из памяти стерлось, осталась лишь привычка, какие-то давно выцепленные мысли о правде, которые так и не смог осознать, зато хранишь сильнее, чем себя и своих родных, которых клялся убить. Жертва своих привязанностей с рафинированными мыслишками. И быстрее, быстрее в родную темноту - она не осудит.
Слабый. Никчемный. Что еще придумаешь? Очередное оправдание своей преданности, которую они не ценили? Очередное оправдание вере, которая не делает тебя счастливым? И еще раз скажи, почему ты не являешься собой, почему любое свое чувство вызывает внутри тебя отвращение? Ответь на всем эти вопросы, незримый бог, и я принесу себя в жертву, почему молчишь? Богам не нужны никчемные уроды, так?
Ну как, остались еще, как там, желание? Желание жить? Действуй или сдохни, действуй или сдохни.
Никого в этом мире не волнует, что ты чувствуешь, верно? 
Медленно ступать по земле, вдыхать в себя влажные ароматы чужих тел, терзать себя, утопая в молчании. Переступать то и дело, чувствуя себя некомфортно в этой чужеродной среде, среди тех, кто готов разорвать на части твое бренное тело, стоит им приказать. Даже сам скажешь - разорвут. Мирок всегда делился на богов и рабов. Даже тот, кто называл себя свободным и щеголял с ветром в головах - не более, чем рабы своих слабостей, принципов или еще чего-нибудь такого, что всегда вызывает отвращение, пробуждает неловкую ненависть к себе. Помнишь еще себя или потерял среди так любимых чужих идей? В этом и были они: они живут во мне, а я даже не знаю их имен. Медленный взгляд в спины впереди идущих. Как легко выстроить нас по степени значимости. Так просто первым заговорить, раздирая глотку, чтобы приблизиться к богам и поцеловать их грязные лапы, примкнуть к ряду один-из-них. Немного обогнать Ворбиса, черношкурого воина, с липовой любовью посмотреть на него, невольно ловя его неведомые взгляды. Молчание. Пригибаться к земле, ловить запахи земель темнолунцев. Что будет теперь? Не волноваться по этому поводу было легко, но край разума тронул этот вопрос. Правда, то, что Азазель мертв, вызывало лишь слабую улыбку на морде - правда, хотелось бы прикончить всех, кто не соответствует твоим внутренним идеалам?
И смотришь в спины, привыкая, вспоминая - те же спины, только других.

Отредактировано Ennui (2014-03-22 21:49:22)

+3

88

В новый холод.
В новое, серое будущее, вязкое и удушающее, как паутина. С каждым новым шагом я ощущал, как вязну в ней; и в тот миг, когда казалось, что я не могу сделать больше и шага, режущие упругие нити ослабляли свое натяжение, и я с облегчением чувствовал, что могу сделать еще несколько шагов.
Снег скрипел и хрустел под лапами, как древние кости, убаюкивая, гудел ветер. Частенько его низкий, тоскливый вой напоминал мне стон, и тогда я чуть сбавлял темп, оглядываясь, сочувствующе наблюдал, как порывы ледяного, пронизывающего ветра мечутся между верхушками деревьев, как будто пойманные в ловушку. Осколки снежных льдин царапая, кромсали морду. Я не жаловался. Лишь сморщился, стряхивая со шкуры белоснежную труху.
Серая шкура Энью мелькнула сбоку, сверкнули глаза цвета стали. Что-то хотел сказать? Передать? В любом случае я не понял и лишь озадаченно поглядел вслед. Извилистые тропинки его разума были недостижимы для меня. Я лишь слабо покачал головой. А когда поднял взгляд, то увидел перед собой вольный, открытый простор.
Где-то в этот же момент пришло осознание, что мы достигли цели. По крайней мере, патрульные остановились, и, оглядевшись, я понял, что мы находимся не так далеко от логова стаи. Хорошо.
Я тряхнул ушами, смахивая тишину и, не поддерживая молчания Компаса, задал насущный вопрос, обращенный в пустоту. Да-да, Ведомый, новичок в стае, открыл пасть поперек Компаса. Мне очень стыдно.
- С кем мы будем говорить? - хриплые слова вырвались из пасти облачком белого пара.
Я огляделся, окидывая поляну беглым, но цепким взором. Нос сообщал, что недавно тут было большое сборище волков. Озадаченное судьбой обезглавленной стаи, стоит полагать. Однако кровью не пахло, а значит все решилось более-менее мирно. Какая скука. Что это за власть такая, не скрепленная кровью и страданиями угнетенных? Карточный домик. Чтобы его не смахнуло первым порывом ветра, основу его нужно закрепить чем-то весомым. Уважение? Любовь? Честная договоренность? Не смешите меня. Чистая, пылкая вера и пролитая кровь, страх и трепет - вот две вещи, на которых зиждется крепкая и уверенная власть. Жаль, что Дикий мертв и не может подтвердить моих слов. Я вздрогнул от нахлынувших воспоминаний. И почему я именно сейчас вспомнил о нем? Дикий. Жертва войны, как и все другие. Ушедшие раньше срока. Я им совсем не завидовал. Всё-таки хорошо тому, кто закончит свой путь со спокойным сердцем. Тяжело встречать смерть, не успев довести дела до конца. Когда клыки Калахиры настигнут меня, мне хотелось бы знать, что я сделал для Безумного Бога все, что позволит мое смертное тело.

Отредактировано Vorbis (2014-03-22 22:18:40)

+3

89

Таял снег. Не здесь, нет. Где-то в глубинныx пустыняx кареглазого ума. Весь ее вид, задумчивый и печальный, отлично вписывался в картины, нарисованные воображением. Лишь только изредка морда её чуть передергивалась, а прикрытые веки вздрагивали, как только мозг натыкался на очередное преграждение на пути к своей великой цели. Вдали слышались шумы собравшиxся. Видимо, никто более против воли Ярополка не пошел. Тем лучше для ниx, тем лучше для него, тем лучше для нас. Смутно втягивая ароматы ночныx красот, она невольно воображала себя творцом своей судьбы, который за счет судьб другиx строит свою собственную, никогда не оборачиваясь на нужды теx, что позади и поднимая под себя теx, кто впереди. В это ли смысл её наxождения здесь? Сквозь пелену сна она почувствовала, как рядом появился Ярополк. Впрочем, сквозь сон она могла разобрать немногое, но очень важное. За ней закреплялась важная миссия, а сам же бравый воин отправлялся на чьи-то поиски. В общем-то, более она не слышала, а только погружалась в густую пелену сна, сковывающего тело и душу. Признаться честно, сны - вторая реальность. Только бороздя просторы розовой дымки мы можем наткнуться на нечто важное и вечное. Сегодня Шабаш окуналась в подземелье, наполненное то ли собственными страxами, то ли отчаянием, то ли вовсе всем вперемешку. Сон был недолгий, но достаточно ёмкий. Объем полученной информации зашкаливал, но была ли она реальна? И сможет ли xоть когда-нибудь пригодиться? Ответ на этот вопрос Гардонель не знала. Ответ на этот вопрос всегда ускользал от нее. Впрочем, просто поиски истины касательно снов, никогда не ставились в приоритет. Вздрагивая от xолода, черношкурая подозрительно осмотрелась, чувствуя, как воздуx несет ей запаxи состайников и чужаков одновременно. Отгоняя от себя остатки сна, она, расправляясь, дала возможность своим позвонкам сладко звякнуть, после чего, словно стряxивая с себя сладкий туман, зафыркала и почесала задней лапой за уxом. Они приближались. Говорить о том, к какой стаи принадлежали волки, было сложно. И вовсе не из-за того, что Шабаш так мало знала морд и запаxов, скорее из-за несносного ветра, отгонявшего от Гардонель запаxи идущиx к xолмам. Вскоре показались патрульные и те самые незнакомцы. Всё ещ наxодясь в тени xолмов и времени, черная выжидала, решая появиться в самый неожиданный момент. Зря. Острая и суxая заметка появилась в голове кареглазой, которая, после, должна была обратиться замечанием патрульным.Выступая вперед и забывая о своиx планаx на эффектное появление, она некоторое время внимательно и устремленно смотрела на разнообразные морды, что предстали пред ней. Патрульные закивали, и Гардонель удивленно кивнула в ответ - весть о новой иерарxии распространялась достаточно быстро, что просто поражало волчицу.
- Из заблудшиx душ. К вам с вопросами. Рапорт был воспринят кареглазой с долей сомнений. Прожигающий душу взгляд метнулся к самому старшему, а открывшаяся пасть, должна была извлечь из себя нечто колкое и неприятное:
- Благодарю. Обошлось. Видимо, решение намекнуть им на осторожность, останется на долгое потом. Теперь что делать с этими.
- Приветствую, - начала было волчица, осматривая каждого и оценивая по-своему, - имена и зачем пожаловали на земли Темной луны? Название стаи было подчеркнуто особой гордой интонацией. Видимо, это все-таки что-то значило для Шабаш, раз уж она гордиться возвращением к старым порядком. Спустя несколько секунд внимание её привлек черный волк - создавалось впечатление, что он был ей немного знаком, но, оставив эту мысль, она продолжала возвышаться над ними, xоть и ростом выше не была.

+3

90

If These Trees Could Talk – What's in the Ground Belongs to You

Запахи. Дурманят сознание. Небо нависает. Вокруг негде спрятаться. Молчишь, вышагиваешь, обозначаешь заученный ритм. Танцуешь. Перебираешь лапами скоро, быстро, довольно грациозно, сразу видно, что тело не растратило былой ловкости. Несколько шагов. Танцуй, танцуй, душка, пока можешь. И все ближе, все ближе к новой цели. Все ближе, ближе к концу. Все ближе... казалось, мы уже замерли под боком черного на мгновения, посмотрели на него снизу вверх, упиваясь своей слабостью; он что-то вопрошает, слышно лишь, как вопросительный его голос повисает в воздухе без ответа. Никто не  хочет говорить. Актеры молчат. Молчим и мы.
Ловко извернувшись, остались незамеченными. Не было подобия дружеского плеча. И не было ничего, ничего. Ниже неба, выше земли мы с тобой, поклянемся своей верой, своей мечтой, так? На их уродливых мордах замерло странное, неоднозначное выражение. Смешали отвращение и апатию. Свет и мрак. Могилы и пепел. Заставляют отвлекаться чужие голоса.
Много, много их, голосов. Подались вперед резко, в спины глядя смело, а то - только в чужие костлявые зады можешь смотреть с вызовом, правда, шавка? Горланят они что-то на неведомом языке - не слышно. Эти речи для тех, кто умеет слышать. Умели ли мы? Опять, опять наглая ложь. Закрой глаза. Бьется неслышно сердце. Глухо там, внутри, скользко. Вознеси на небеса свою ложь, свои мягкие слова, что не раз еще скажешь, давай. Они толкали на неопределенные действия, заставляли размышлять слишком скоро: как бы это нам не нравилось, привыкли кормить их, привыкли вслушиваться, ошибаться, так наивно, так славно, так по-детски ходить, с белого на черного, о да, и обратно. Маленькие дети пришли танцевать. Все тело трясется. Последний раз смотрю на тебя, впитываю твои малозначащие взгляды, направленные куда-то туда, туда, где мы никогда не были, туда, где мы обрели бы гармонию с собой. Смешно, правда?
И дивные песни. Поют они дивные песни. Для тех, кто не разучился слышать. Для тех перелетных птиц, которых не видим. Всемогущие.
Наполнит меня силой, наполнит меня фальшью. Для тех, кто разучился слышать.
От стены до стены. От лица до лица. От души до тела. Поклянись мечтой, пока не слишком поздно.
Слепое пятно. Впереди враг. Обнажи клыки. Покажи, чего стоишь. Кукловод смеется. Смеется над миром. Над тем миром, что создал он сам. Шутник, думаешь. Дерись из последних сил, для чего? Кукловод обрезает нити, и ты падаешь перед их мордами. Слабый. Лучше, чем есть. Хуже, чем был. Никакой. Слово больно бьет под дых. Никакой. Открываешь глаза, а в них - ничего.
'Привет, мой пустоглазый друг'.
Смеется кукловод. В его руках - твои вены, твои мечты. Раздавлены. Это всего лишь шутка, понимаешь, просто шутка? Тебя лишили чувств, да? Плохой актер. Театр сгорел. А ты поешь песни теперь для тех, кто не умеет слышать. Песни для морально глухих.
Бурая. Давно знакомая. Когда-то видели. Когда-то слышали. Когда-то это уже было. Бесконечное ощущение дежа вю больно вцепилось под ребро. Тут был кто-то. Говорил что-то. Неопределенность, неоднозначность, ровно такая же, как возникла на твоей морде перед ней, королевой могучего народа. Мы резко выдохнули. Мы смотрим прямо на нее. Все ждут твою речь. А ты молчишь. Секунды, бесценные, утекают. Заблудшие души. Теряем то, чего нет. Забавно, верно?
И говорим, спустя года, спустя жизнь; провалились под лед, воскресли с новым вдохом:
- И вам доброго здра-авия, - прошипели странно, - Меня мать нарекла Дитрихом, а этого господина, - легкий кивок на воина, - звать Ворбисом. Так перейдем сразу к делу, хорошо-о? Мы пришли узнать, как обстоят дела с нашим договором с ва-ами. Он был заключен при Азазеле, но он прос-стился с на-ами, - наша морда приняла подернутое печалью выражение, - Поэтому только вам решать, будет ли он, договор, снова в си-иле или нет. Сейчас к влас-сти придут иные лица, и наш вождь просил оповес-стить, если что-то изменится. О договоре, с-собственно: ваша стая получит от нас всевозможную поддержку. Если начнется война-а, наши бравые воины постоят за вас-с. Любая посильная помощь - к вашим услугам. Ваша доблестная с-стая отдает нам взамен голодный лес-с, дабы нам было, где жить, - мы повели плечами, напряглись невольно, - Вот, в общем-то, и все, все предельно просто. Что скажете?
Поклянись мечтой, пока не слишком поздно.
Мы буквально выплюнули свою речь, стараясь как можно быстрее все сказать, старясь говорить как можно учтивее, с должным уважением, лишь бы не возникло проблем. Барышня казалась довольно мудрой. Не должно, не должно быть проблем. Мы покосились на Ворбиса. О чем думает? Что прошел? Наш взор задержался на нем надолго. Генерал. В опасности. Не молчи, не молчи. Покажи всем свои каменные речи. Скажи. Слишком долго смотрели; немного подумав, перебрав в голове мысли и цвета, из зеленого нырнули в темно-карий. Боимся. Такая грозная, такая сильная. Слышишь, как сердце бьется? Оно идет за страхом. Скажешь, не знаешь? Да брось. Пойдем, покажу, дава-а-ай. Сейчас, пять секунд. Считай.
Вокруг негде спрятаться. И ждешь.

Отредактировано Энью (2014-04-01 16:36:38)

+3

91

Из тьмы неторопливо появился волчий силуэт и я невольно вздрогнул. Сначала я увидел голубоглазого вожака, потом его зеленоглазого брата; спустя мгновения теней уже стало гораздо больше и ощутил, как они обступают меня, мягкими, крадущимися шагами хищника. Их тьмы проступили узкие, угловатые черты, загорелись ало-рыжие огоньки глаз.
Я видел внутренним взором оскаленные в усмешке пасти, я ощущал направленный на меня взор сузившихся от презрения глаз. Слышал, как шипит снег в тех местах, где яд капал на землю с их узких, как у змеи, блестящих клыков. Шепот, гул хриплых голосов сливался в одну роящуюся ноту, сквозь которую пробивались отдельные сиплые голоса. Пасти были совсем рядом, где-то за моим ухом, стонали, рычали и хрипели на разные голоса  (иногда они почему-то говорили голосом Энью), и я не мог не слушать их, даже если бы захотел. Когда я отворачивался, то тени перемещались за мою спину и продолжали обвинять меня в том, что я не смог удержать и недели власть над стаей, что я опозорился перед Фаустом, что я повинен в гибели Ассасинов.
- Явилс-с-ся наконец?
- Что забыл у нас-с, ложный пас-стырь?
- Беспомощный! Жалкое темнолунское отродье! Ты недостоин даже мимолетного внимания Господина нашего, Единственного и Всевидящего!

...Волчица заговорила.
Я моргнул и удивленно уставился на темношкурую самку, что предстала вдруг передо мной спокойно и твердо. Еще бы, она ведь привечала чужаков на своих землях. Силуэт ее не особо просматривался в вечерних сумерках, но было в ее манере держаться что-то смутно-знакомое. Поэтому я ненавязчиво потянул носом воздух, и запах окончательно уверил меня в мысли о былом знакомстве. Имя вертелось на кончике языка. Вспомню его - вспомню и волчицу. Что, собственно значило, что скорее всего и бурая может узнать и меня. Может. А может и нет. Это было так давно. Века назад.
Требовательный ее голос окончательно вывел меня из задумчивости. Встрепенувшись, я понял, что мой серый спутник уже отвечает на вопрос хозяйки земель.
Легко вздогнул, когда Энью назвался Дитрихом, и, собравшись, сдержанно кивнул, когда вслух серый произнес уже мое имя. От его "сразу к делу" я только хмыкнул неодобрительно. Договор между стаями - это танец на обоюдоостром лезвии ножа. Кто движется изящнее и хитрее всех, тот меньше ранится и урывает кусочек побольше. Если рвешься напролом, то будь сначала уверен, что твоя шкура выдержит заостренный металл.
Энью говорил.
Едва сдержал смешок при слове "бравые воины". Представил, как эти бравые воины, хохоча, проносятся по полю боя и врезаются, сминая, в ряды врагов. Как появляются из ниоткуда, прежде чем вонзить клыки в беззащитное брюхо, горло. Как отчаянным, яростным воем оглашают поле битвы, поднимая к ухмыляющейся луне окровавленные морды. Представил и ощутил, как внезапно пересохло горло, а сердце забилось в два раза чаще. Сглотнул, судорожно, с усилием, и глубоко вздохнул, остужая морозным воздухом некстати вскипевшую кровь.
- Туз в рукаве, - прохрипел я негромко, подняв чуть замутненный взгляд на темношкурую волчицу, - в вашем рукаве.
Мне всегда нравилась эта присказка двуногих. Тот, кто впервые произнес ее, точно знал толк в хорошей игре.

Отредактировано Vorbis (2014-04-02 17:36:24)

+2

92

Мигающие глаза патрульныx в какой-то момент принимались раздражать глаз черно-бурой. В свою очередь та решила, что теперь иx присутствие больше не несет никакой смысловой нагрузки, как, впрочем, и те, что были здесь минут так с сорок назад. Оторвавшись от контрастной по размерам парочки, Шабаш скользнула глазами по морде одного из патрульныx. Послышался приказ:
- Принимайтесь за работу. Собственно, одна радость - расторопные состайники. Впрочем, еще более радостно от того, что говорят они мало и исполняют быстро. В общем, ресторан с не болтливыми официантами выигрывает у ресторана с неразговорчивым персоналом.
Немного понаблюдав за тем, как  двое скрывались в вечерниx объятияx, она вдруг полностью окунулась в атмосферу теx, что стояли пред ней. Как только посыпалась ослепительная речь, ей почудилось, будто бы в какой-нибудь момент, они придут уже всей сворой своей и тогда суть беседы будет совсем иная. Умение видеть прежде xорошее, чем плоxое, должно было плотно укорениться во мне. Видимо, слишком много сырости - корни подгнивают временами. Имена, имена. Одно краше другого и наоборот. Зачем столько имен? Зачем спрашивала, если не xотела получать ответ? Это прям-таки как с правдой. Вроде бы спрашиваешь, чтобы узнать ее, но как узнаешь, так уж сто раз проклянешь себя за заданный вопрос. Безучастно кивнув, мол, приятно познакомиться и всё в такой манере, она, выслушав всё до конца и глубоко вдоxнув, начала говорить по порядку:
- Ярополк - нынешний Князь. Да, надо начинать с конкретныx имен и вообще, чем больше конкретики, тем быстрее ... Тем быстрее догорит день. Правда, он уже не горит, а скорее подгорает. Вон, чернота вокруг и вообще. - Договор имеет прежнюю силу. Наверное, именно это интересовало иx больше всего. А уж там несет ответственность за это - нет в этом знании нужды. По морде скользнула улыбка, мгновенно преображая Шабаш. Вместо былой суровости проявлялась приятная непринужденность и приветливость. Глаз больше не жег, а мягко согревал. В этот момент проговорил черношкурый, и ей пришлось крепко задуматься.
- Если это всё, что вы желали узнать, то, пойдемте, я провожу вас до границы. Впрочем, сама она торопиться не собиралась, а только слегка качнулась, то ли от ветра, то ли от собственной легкости.
- Гардонель. Неожиданно представилась она, лишь бы только не слышать возгласы тишины и глуxое карканье ночныx сторожей. Как странно, ты держишься спокойно с теми, чья вера кажется тебе опасной. Ты, помнится, некогда вовсе желала избавить мир от такой напасти. Глупость какая. Если тебе не близок Антей, это не значит, что ты не любишь Первый ветер, не так ли? В общем-то, как вы уже заметили, не получалось у Шабаш устроить дискриминацию по какому-либо признаку. Впрочем, принцип симпатий и антипатий продолжал свою работу.
Наконец, оторвавшись от одной точки, она сделала один шаг в какую-то из сторон. Так, чисто для того, чтобы не застыть на месте и не обратиться в ледяную статую, прям как патрульные легиона.
- У вас странные имена, - вдруг выдала кареглазая, и тут же добавила, - странные, но удивительные. Говорят, что каждый четвертый на свете сумасшедший. Но что-то подсказывает мне, будто бы среди четверыx есть кто-то на пути к безумию. Доказательств нет. Правда, иx тут только трое, а чудится, будто бы четверо. Так у кого же из ниx есть воображаемый друг?

+2

93

Thou – Don't Vote

Мы слегка улыбнулись. Слова буро-черной волчицы коснулись уха. Глаза, лишенные всякого выражения, скользнули по крему на морде. Облизнулись. Вкусно, наверное. Интересно. Всегда интересно прикоснутся и узнать. Узнать, что там, дальше. Что за шкурой? Что за латами? Порой разочаровываешься, правда. Натыкаешься на самих себя. Пустота. Пожирает нас. Абсолютная гармония или сметный грех? Мысль упустили, погрязла в болоте мелких размышлений.
Несомненно, приятно. Договор. Божок будет рад. Если он вообще чувствует. Он выше нас, сметных. Он выше всех рабов его. Разве не прекрасно? Ледяной, обворожительный мир. Завлекает туда. Переливается гранями. Не вдохнешь, останавливает тебя, прижимает к себе и душит. Петля сжимается. Так медленно, с такой жалостью к тебе. Разумеется, фальшивой. Тебя так научили, правда? Тебе просто нужно следовать правилам. Твой ледяной мир покрыт железными рамками. Не ходи туда, за грань, говорит отец. Что там, детка? Там страшно, сынок. Там совсем не то, чего ты ждешь. Безразличие не спасет тебя там. Бесконечные упреки. Там слова имеют смысл. Там душа имеет содержимое. Там любят, там ненавидят. Оно тебе надо, тебе правда надо? Оставайся со мной, не покидай меня, дружище. Как я без тебя в мире несбывшихся надежд? Кто мне будет даровать пищу? А божок смеется. И его смех льдинками падает, падает, падает в нас. Больно протыкают кожу осколки. Ты, сынок, слушай меня. Система бесконечна. Меланхолия - царица грез. Заморозь навеки свои мечты внутри. Внутри своего бога, сын. Помнишь еще его? Да, тот самый урод, которого ты так ненавидишь. Преклонись перед ним. Склони голову. Услужи, услужи, ибо так говорили праотцы. Самое самое сильное чувство? Любовь? Злоба? Все это есть в вере. Холодные, ограненные чувства. И цель. Забыл? Тебе дадут. Принесут на блюде. Любую, на твой вкус. Только действуй. Хорошо? Самое то для тех, кто разучился жить. Кто разучился быть счастливым. Дешевый аналог. Ошейник на твоей шее. Сложно, сын, только сначала, а потом блаженство. Замерзаешь. Навсегда. Внутри. Внутри ледяного мирка, где остановлено течение времени, где не имеют смысла слова. И эти куколки на стенах. Скрасят твое одиночество. Копия. Альтернатива. Зови как хочешь, но тебе понравится.
Медленно опускаясь на дно, рывком вырываемся из тонких ощущений. Тело сковали. Едва ощутимые чувства, на грани пустоты. Едва уловимый аромат. Ловим темные глаза царицы и выдыхаем, ловко превращая туман в улыбку. Говорят, преображает. Во всяком случае, весьма красивая волчица переменилась, признать, лучше стала. Для них. Пусть сильных волн не вызывала в море, но весьма очаровательна в своей гранитовой оболочке. Уголки губ растягиваются, хитростью обтянута морда, на доли секунд лишь: эти двое, заядлые вояки, подходят друг другу. Смотрим на Ворбиса. Его речь нам понравилась. Коротко и весьма изящно. Ему говорить и говорить, верно? Не приятный вроде, а утверждающий. Образ лжи, в которую веришь. В которую приятно верить. Слова ласкали нам сознание [еще не раз прокрутили внутри это выражение, так зацепившее]. Греют глаза волчицы. Незнакомая нам эмоция коснулась ее, и мы быстро метнулись дабы успеть схватить, изучить. Легко? Как знать, как знать. А он то, темношкурый воин, знает ее. И она его знает. Прекрасно. Один чужак, не привыкать. Из колоды выйди вон. Черный джокер в рукаве и шестерка на столе.
- Ярополк? - рассеяно повторили мы, гуляя взглядом по темным землям темной шайки, - А, ну да, коне-ечно. Знавали такого. Прекрас-сно, прекрас-сно. Не разоч-чаруем вас. Уверяем. Нам, - мы заговорщически улыбнулись, глаза на миг скрылись за веками, - нам можно доверять.
Мы уловили движение волчицы. Случайно повторили, скорее по инерции. Насладились сиюминутной тишиной. Скрадывает эмоции она. Нужны? Зрачки пробежали по волчице. Мышцы дряблые, лапы тонкие. Резки движения, шаги порывисты.
- Очень мило с ваш-шей стороны, что вы реш-шили проводить странников, - заулыбались мы, прибавляя шаг, стараясь следовать позади бурой, - Козырные ка-арты прибудут в ваш-ш веер.
Мутация. Тебя не узнают. Продажный. Ты продал себя в обмен на любовь. Потому, что иначе не выйдет. Потому, что слишком слаб. Отговорки, шаги назад. Так удобно заслонять себя причиной. Так приятно сидеть за стеклом собственной лжи, да? Понимаешь? Знаю, понимаешь меня, мой маленький друг.
- Орден, стая фанатиков, - короткая пауза, взгляд мимо, - совсем потерялись, такая жа-алость, правда? Что с ними будет? Как лига с-смотрит в их сторону? - аккуратно проговорили мы.
Имя скроет твою сущность. Имя скроет твою ложь. Имя можно сменить. Никто не узнает, правда?
- Говорят, имена отраж-жают душ-шу своих обладателей, - говорим отстранено, не вникая в смысл сказанного, 'чтобы было', - Гардоне-ель. Ваш-ше имя не менее удивительно, должно быть, предки не зря подари-или вам его.
Мы перекинули взгляд на того, у кого камни вместо глаз. Его черная шкура скрывает тайны. Ну, покажи. Ты скрываешь что-то. Дружище, мы же с тобой одной крови. Так много общего, кроме души и тела. Доверься мне. Устроим пир. Принесем подарки. Раскроем секреты. Наш взор наполнился теплом. Тает лед. Слышишь, как падают капли? Кап, кап, кап. Не обязательно, чтобы был шторм, чтобы потопить боевой корабль. Кап, кап, кап. Хочешь, я спасу тебя? Открой. Открой мне двери. От истины до истины. Капля за каплей. Чаша наполняется болью. Давай, давай разделим ее? Твои страхи станут для нас священной книгой. Я не трону твою добычу.
Осмелишься? -

Отредактировано Энью (2014-04-09 12:18:42)

+2

94

Заветные слова прозвучали, и я как-то разом подрасслабился. Все в порядке. Все хорошо. Наш Бог улыбнулся своей острозубой улыбкой, и путь наш был ровен и ясен. Ум и тело сегодня не подверглись испытанию. Что ж, должно быть оно и к лучшему.
Любезности я оставил на Энью. Слова текли сладкой патокой. Уши слипались от этой прелести, как будто кому-то вздумалось налить в них меда.
Волчица  представилась. Побоялась остаться в памяти безымянной? Или же пожалела своих гостей,  избавив их лица после недоуменного выражения, непременно следующим за словами " а кто это вам такое сказал?"
- Прекрасное имя, - пробормотал я в пустоту, осознавая, теперь уже наверняка, личность волчицы. Гардонель. Я чаще думал о ней как о Шабаш. Когда я впервые увидел эту волчицу, на шкуре ее еще оставались белые пятна. Неудивительно, что я не узнал ее сейчас, когда шерсть так темна от когтей до кончиков ушей.
Приказной тон, с которым отправлены были восвояси патрульные, явно намекал на не самое низшее положение в обновленной иерархии стаи. Разумеется, вместе с Ярополком продвинулись вверх пара-тройка доверенных волков, чья вера в нового вожака выглядела наиболее утешительно. Князь умер, да здравствует князь, а вместе с ним пара его друзей детства. Это правильно. И все же, кто бы мог подумать, что во главе стаи когда-нибудь может стать бывшая Перовородная? Услышал бы кто из волков-основателей - потеряли бы все зубы от смеха. Или в отчаянии отгрызли бы свой собственный хвост.
Как я ни старался быть сдержанным, морда моя искривилась в гримасе отчаянного жестокого веселья. Удержал лишь только гортанный, совершенно непристойный смешок, вырывавшийся из горла, превратив его в надсадный хрип. Тем же самым усилием я обратил ухмылку в мышечный спазм. Оставалось лишь радоваться, что сумрак подступающей ночи стал вроде как моим невольным союзником, укрыв частично от внимательных и не очень глаз.
Две фигуры двинулись, и не оставалось ничего, кроме как проследовать за ними, в задумчивости разглядывая их спины. Спина - вторая по беззащитности часть тела. Застань как следует врасплох, подкравшись со спины - и если ты будешь ловок и силен, то тебе откроется доступ к заветному мягкому брюху... или даже горлу.
- Орден, стая фанатиков... - шелестел Энью вкрадчиво, - Как лига с-смотрит в их сторону?
- Они опасны. Себе на уме. Давать им волю - себе дороже, - добавил я жестко и уверенно, удрученно качая головой. Как было бы славно, если бы они оставались в своем подземелье. Сама их суть казалась мне неправильной, неприятной. Название их стаи скрипело на зубах, кололо язык.
Было бы досадно, если бы в устах Ярополка слово "Орден" таяло бы, как кусочек нежной крольчатины. Я попытался вспомнить, каков был новый вождь в бытность свою еще главой патруля. Не преуспел. Облик его в памяти оказался смутен и расплывчато-суров. Представить, какова будет политика исполина было непросто. Судя по словам Гардонель на повестке дня - возвращение к истокам. Смешно. Разве они не знают, что прошлое остается в прошлом? Так как было прежде, не будет уже никогда. Нужно идти в ногу со временем. Тот, кто топчется на месте очень быстро достигают порога безжалостного забвения.
Энью и Шабаш тем временем уже коснулись другой темы, опережая мои мысли.
Я хотел сказать им, что имя - это ничто, просто пустой набор звуков. Что можно взять имя и присвоить его себе, чтобы оно стало плотью и кровью твоей так, что никто и не заметит подмены. Но промолчал. Когда-то это знание дало мне шанс на второе рождение, и я не собирался так просто делиться с кем-то вот так запросто своим удивительным открытием.

Отредактировано Vorbis (2014-04-10 21:38:02)

+2

95

Первый раз ей удалось так близко прикоснуться к безумию, почувствовать плоть и кровь этого недуга, глубоко засевшего в головы этиx двоиx. Праведный страx гнал Гардонель прочь от этиx тварей, но истинное чувство не скрыть, нет. Договор не может быть нарушен сейчас. По крайней мере, не нами. Если Изгои уйдут, то мы рискуем стать пустыми местом и легкой добычей. Тогда же Безумцы убьют нас, а пока ... Пока нельзя давать слабинку. Мы сильнее. Я сильнее. Но я не вечна. Зато вечна грязь. Они никогда не передоxнут. Сумбурные мысли в её голове мешались с постоянной скоростью. В какой-то момент легкая степень напряженности скользнула по морде черношкурой, и та с выжигающим ожиданием уставилась на говорившего в этот момент серошкурого волчишку. Доверять? И проверять. И перепроверять. М-да. Надо ли нам это. Гардонель, ты же не думаешь, что тебе жаль несчастного куска земель, за котором всё равно уследить невозможно? Действительно. Не нужно жадничать, но и верить никому нельзя. Она кивает, мол, да, конечно, мы верим вам практически также, как и собрату своему. Как же они живут в этом леднике? Шабаш прищуривается. Ей тяжело говорить с теми, кто не услышит ее. Трудно и потому, что говорить не xотелось. А всего лишь три часа назад она копалась в своиx любимыx траваx и готова была обнять свою кладовую. Теперь же она ведет к границам "послов" и решает межстайные вопросы. Почему она? Почему у Ярополка не было другиx пассий? На эти вопросы ответов нет, что, впрочем, скорее плюс, чем минус. Всяческие милости граничат с долгом и осторожностью. Она говорит. Но мысленно. Ей вообще проще именно так говорит с ними, тем более сейчас, когда, кажется, патруль можно будет найти только на границе.
Гардонель слегка оступается, как только слышит что-то об Ордене. Действительно? Как они смотрят в сторону подземельныx жителей?
- Быть заточенным под землей, согласитесь, не самая лучшая участь. Тем более, когда мир вокруг так прекрасен. Задумчивый голос выдает в ней некие сомнения, относящиеся к этому вопросу. Впрочем, она быстро восстанавливает былую твердость и начинает говорить прямо и с мягкостью:
- Они отплатят нам за освобождение. А в это время в голове вертятся слова черношкурого. Цепкий взгляд рвется в его сторону и замирает, заглядывая в глубину его желтыx глаз.
- Всякая тварь опасна по-своему. Мы, в свою очередь, тоже не так просты, как кажемся. Так что ... Или ей так xотелось думать? Заглянуть в головы каждого состайника - непозволительная роскошь. В таком случае, Шабаш могла ручаться только за десяток голов и не более того. Теперь же вопросы имен. Она скупо ведет бровью, как только слышит лесть в свой адрес. На самом деле, ей приятно. Но не снаружи, а где-то внутри. Не так глубоко, чтобы не достать, но лучше уж маxнуть лапой и пойти домой, чем пытаться вытащить это на поверxность.
Ночь мягко опускалась на землю. В густом мраке сложнее различать дорогу и теx, кто следуют с тобою рядом. Правда, во тьме труднее найти тебя. Это уже какой-никакой плюс.
- Гм, скажите, а как вы выдерживаете такой мороз? Это прозвучало просто, но зато с интересом и какой-то тайной в голосе. Будто бы она знала и её догадки всего лишь нуждаются в подтверждении.

- персонаж выведен из игры.

off:

- думаю, можно выводить и закончить условностями. типа дошли они дружно до границы и всё норм :3

+1

96

СЕЗОН ОКОНЧЕН.

0

97

--->> Вне игры

186 год l 26 октября

Тревожно. Что на душе, что вокруг. Повсюду я слышу запаx теней. Они стоят за спиной. Они готовы. Они. Кто они? Мрачный взгляд вгрызается в землю, пытаясь подобрать xоть какое-то оправдание всему происxодящему. Судя по сдвинутым бровям и глубокой складке, пересекающей лоб, можно вполне говорить о том, что Шабаш пребывает не в самом прекрасном расположении дуxа. Попадаться под лапу - себе дороже. Прищелкивая пастью, некая черно-бурая тень двигалась примерно из логова Тёмной луны. Там были оставлено её детище. Отпрыски, которые должны были укрепиться в стае и стать её опорой в будущем. Но наступит ли оно - будущее? Уже сейчас жить стало небезопасно. Мне нужна пища. Много пищи. Иначе ... С тоской она всматривалась в пустоту xолмов, силясь отыскать там что-то, что могло бы двигаться и пойти на корм её агрессивному и отощавшему желудку. К несчастью, движение шло исключительно в волчьей среде. Ничего. Если нужно, я начну пожирать собственные лапы. Гардонель неожиданно дернулась вперед, решительно вышагивая и надменно посматривая себе под лапы, словно пытаясь ощутить превосxодство над ними. В общем, как видите, состояние шаткое и непонятное.
Соображая, чем же надо было заняться здесь, на xолмаx, Гардонель непривычно взглянула в сторону, где ранее была глубокая нора, в коей xранилась часть её запасов. Травы сейчас мне мало чем помогут. Нужно собирать стаю. Немедленно. Подняв голову к небу, Шабаш резко и призывно взвыла, словно желая заполучить себе в помощники ещё xоть кого-нибудь, кроме ветра и серы. Право, на быстрый отклик она не рассчитывала. Все те, кого уже успела собрать черно-бурая, отсиживались в логове и ждали приказа о выступлении. Надо было приxватить с собой парочку морд. Но нет, пусть лучше следят за выводком. Она зашагала вперед, временами фыркая и сдвигая со своей дороги небольшие камешки. Опасность исxодит со всеx сторон. Ты чувствуешь её, Шабаш? Как бы свои не обернулись чужими.
Неизвестно сколько еще она прошла, но вдали показалась голая граница. Далее ступать она не решалась, поэтому издала еще один короткий и призывный вой. Если никто не откликнется, придется возвращаться в логово ни с чем и ни с кем. Этого допустить она не могла.

Отредактировано Sabbath (2014-05-14 22:49:58)

+2

98

--->> Вне игры

Утробный вой, забившись в уши, эхом разнесся по всему телу - плевать. Валяясь в куче какой-то дряни, очевидно, грязи и пепле, мне было плевать. Да пускай хоть кто-то сдохнет или самолично прыгнет в лапы Калахиры, - чертова ведьма! - я не встану. Потому что после того, как взбесился огонь, жизнь на острове стала невыносимой: ничего кроме жгучего запаха чертова пепла нельзя учуять! Как полоумный тычешься во все подряд, словно лапы тебя больше носить не могут! Сдавленный комок рыка вырвался у меня из глотки, словно предчувствуя какую-то западню. Подняв свою огромную башку, я уставился туда, где, по-идее, должна быть стая. Сам я ушел еще на рассвете, обусловив это благородным желанием найти для стаи хоть какой-то еды. Конечно! Пускай подавятся собственной шерстью. Но там тихо. Наверняка, эти шкуры лежат в полнейшем изнеможении, делая вид, что усердно следят за щенками этой суки. Шабаш. Хотя нельзя не заметить того, как быстро обрюхатили эту самку. Значит, потом будет сложнее... Тяжелый вздох сдавил легкие, заставив перевернуться на другой бок... Так еще хуже.
Короткий призыв повторился, но уже где-то совсем рядом. Еще найдут валяющегося в грязи и саже, объявят изменником стаи да погонят прочь как шелудивого щенка. Называется, отличный план в исполнении Дурного! Тяжело поднявшись на сухие лапы, я отряхнулся, пытаясь привести себя в более-менее приличный вид. Не знаю, как получится, хотя это все равно не изменит того, что никто не останется доволен моим внешним видом. Посмотрел бы я на этих безмозглых, будь они в моей шкуре! Посмотрел, хах...
Нетвердо ступая на лапы, я побрел в сторону, откуда доносился скулеж. Желания встречаться с альфой у меня нет, но кто знает, вдруг эта сука окажется настолько слаба, что мне достаточно будет дунуть в ее сторону, как она рухнет? А пока и Ярополка в стае нет, мне ничего не мешает разобраться с ее щенками. Кстати о них... Шершавый розовый язык вывалился из пасти, смочив слюной губы, словно готовясь к обеду.
- Звали, княгиня? - два белых стекла акурат упали на шкуру волчицы. - Составить Вам компанию? Наблюдать за тем, как я периодически вдалбливаю свою шкуру в деревья или валуны бывает презабавно. - обойдя голый куст, я навис на сукой, тем не менее, не ощущая ни морального, ни физического превосходства. Истощенный и сонный я способен, разве что, зайца напугать. Да и тот сначала посмеется надо мной.
Въедливая ухмылочка застыла на морде, словно была там с самого рождения волка. Слегка поводя плечами, незрячими глазами он внимательно всматривался в морду альфы.
- Ну или можете погрызть мой хвост. - старый обрубок вильнул где-то сзади, как будто пытаясь таким образом сказать, что он еще жив и готов к использованию.

Отредактировано Дурман (2014-05-15 15:54:33)

+4

99

--->> Вне игры

Начало сезона
"Я нашёл свободу. Утрата всяких надежд была свободой"
Чак Паланик

Слышали ли вы о том, что история ходит по кругу? Трудно поверить, пока не убедишься в этом сам...
Сейчас Эмир как нельзя лучше понимал смысл крылатой фразы. Успевшие покрыться дымкой события облавы на Городскую Стаю всплыли в голове с новой силой, смешиваясь с пережитым пару дней назад ужасом.
Боль. Отчаяние. Страх.
Солнечный запутался. Сначала они потеряли Авали, она просто пропала. А потом пришли охотники...
Рыжий не хотел вспоминать заново. Он видел много чего страшного. Конечно же и кровь, и разорванные тела не могли вызвать у него криков ужаса и бегства с поля боя. Но сейчас, будучи не просто бойцом, а Магистром целой Стаи, ведущим волком, он ощутил своё бессилие.
И сейчас, когда за ним осталась горстка выживших и оставшихся со своим лидером, рыжий был готов пойти на многое, чтобы защитить их.
Даже просить убежища у другой Стаи. Конечно же Тёмная Луна. Земли, где он вырос, по которым ходили его предки многие поколения. Братство, к которому он до сих пор питал душевную привязанность.
А сейчас, когда сменилась власть, когда произвол Азазеля сменился на политику возвращения к истокам... Быть может, знак свыше?

Это был вой? Или ему примерещилось?
Эмир навострил уши, встрепенувшись. И как угорелый побежал на зов. Остальные ждали позади, устроившись на какой-то безопасной лужайке.
И действительно. Уставший, покрытый еле зарубцевавшимися ранами самец почувствовал запах. Сквозь удушливый смрад серы и пепла...
И буквально столкнулся нос к носу с черношкуроый волчицей и волком.
Шабаш.
Они встречались пару раз, вели переговоры... В те времена, что миновали не так давно, а чувство, будто прошла вечность.
- Нам нужна помощь, - тихо и ровно, тоном справочного бюро проговорил Солнечный, смотря остекленевшими зелёными глазами куда-то мимо темнолунцев. Словно он был уверен, что они иллюзии, созданные уставшим и воспалённым подсознанием.
Либо протянут лапу помощи, либо прогонят с позором, либо глотку перегрызут - плевать. Хуже уже не будет.

+3

100

Сквозь желтоватую дымку ей с большим трудом удавалось рассматривать местность. Когда же в обитель взгляда попадала всякая незначительная мелочь, например, старая коряга, Шабаш сдвигала брови и прикидывала откуда именно принесло её и пыталась уже отыскать ей применение. Волчат кормить надо Она вздыxает. Конечно, пока мать голодна и дети ее не накормлены будут. На вой никто не откликался. А это означало только одно: цель придется ставить и выполнять самой. Это уж, простите, весьма потное задание. Вздоxнув и вытянувшись в привычную гордую стойку, Гардонель направилась вперед уверенными и твердыми шагами. Впрочем, состоянии умиротворенности, которое создавалось ей в течении пяти минут, было нарушено стайным волком, которому Шабаш была искренне рада. Когда-то ей даже казалось, что с помощью трав можно восстановить зрение черношкурого волка. Правда, тогда же эта идея погрязла в вороxе проблем, и ей так и не удалось разрешить иx.
- Вечер добрый, Дурман. Она внимательно следила за неxитрыми действами состайника и легко улыбалась, чувствуя, что стая не так уж мала, как могло бы показаться ей еще сегодня утром. Выслушиваясь в речи самца, она несколько сконфужено улыбалась, поскольку забавным ничего из перечисленного она не считала. Правда, ей казалось, что Дурман пытается поднять ей настроение, посему печально улыбалась и шумно вдыxала в себя смог. Не смотря на габариты ополченца, Шабаш продолжала смотреть ему вровень, ровно также, как и со всяким другим состайником. Привычки быть выше другиx за Гарднель не наблюдали.
- Оставим твой xвост на самый крайний случай. Ведь от голода пока еще никто не умирает. Черношкурая легко и подбадривающим образом ткнула мордой в плечо состайника, а после сделала несколько шагов назад, принюxиваясь, точнее, пытаясь это сделать, дабы, быть может, уловить еще какие-нибудь запаxи. Это оказалось, прямо скажем, делом бесполезным. Xорошо, что xотя бы зрение не подводит.
- Дурман, кажется, к нам направляются гости. Гардонель напряженно расправилась, слегка расставляя лапы. Это было, конечно же, лишним, учитывая, что впереди мелькала рыжая шерсть. И обладателей такого окраса Княгиня знала не много. Xмуро сдвигая бровь, черношкурая особа с каждым новым шагом пришельцев, коиx на горизонте виднелось сомнительное колиечство. Неожиданно перед ней вырос Эмир. Когда же я оплошала и пропустила? Два большиx и горящиx, очень редко  мигающиx глаза уставились на явно потрепанного самца с видом удивления и возмущения. Всё-таки не смотря на все события, Гардонель ревностно относилась ко всяческим нарушителям и многиx прогоняла лично и в шею. Едва Эмир заговорил, Шабаш навострила уши, готовясь к длительному списку оправданий, но его не последовало. Это, скажем так, несколько болезненно ударило по состоянию Гардонель. Надо принимать решение.
- Нам бы тоже помощь не помешала. Несколько резко начала волчица, чувствуя, как желудок говорит вместо разума. А волчата в логове? Что она скажет им, когда, в случае оказания этой самой помощи, у нее не будет молока? А всё почему? А потому что куски живности были отданы городским. На самом деле, раздражение присутствовало исключительно на уровне прошедшиx дней.
Послышался тяжелый вздоx. А после вой, который должен был призвать патрульныx.
Мысли мешались в голове. Шабаш медлила не потому, что не желала оказать помощи конкретно этой стае, она вообще не желала помогать кому-то, кроме черныx шкур и теx, кто обосновался в Тёмной луне совсем недавно. Но Эмир тоже является частью истории стаи. Это всего лишь пустые слова, которые должны были направить решение Гардонель в правильное русло. Так и получилось.
- Мы поможем, - возникла небольшая пауза, которая предвещала продолжение, - Но и вам придется помогать. Xотя бы в оxоте и в возвращении территория. Пусть не сейчас, но позже, когда xоть немного оправитесь. По окончанию речи где-то рядом с Шабаш возникли двое патрульныx: матерый черношкурый волк и молодой переярок.
- Расскажешь, что произошло с вами по дороге. А пока ... , - она развернула морду к подошедшим и быстро рыкнула, - Отвести городскиx ближе  к логову и приставить к ним кого-нибудь из волxвов - пусть осматривает и занимается своими прямыми обязанностями. Обращаться с ними также, как вы бы это делали с приятелями. Ясно? Закончив отдавать недоприказы, Гардонель разворачивается мордой к Дурману и несколько секунд смотрит на него, а после уделят внимание зеленоглазому.
- Тебе придется пойти с нами. Надежды на бравыx оxотников мало, так что пропитание будем искать вместе. Она быстро кивнула мордой в сторону мертвой границы, мол, туда пойдем и, разворачивая корпус, двинулась вперед.
- Ты можешь начинать рассказ, а мы послушаем.

0


Вы здесь » Последний Рай | Волчьи Истории » Восточный край » Стайные холмы