24
@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/94997.css); @media screen and (max-width: 768px) { html, body, #pun, .punbb { width: 890px!important; background-color: #FFFFF0!important; }}
@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/18597.css); img.a-info { margin-top: 19px!important; margin-left: 230px!important; width: 60px; z-index: 9999; } @media screen and (max-width: 768px) { html, body, #pun, .punbb { width: 890px!important; background-color: #dad2c7!important; }}
@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/32396.css); tr#forum_f59 table#tab-for { width: 400px!important;} tr#forum_f59 #tab-for tr{ width: 400px!important; }
@import url(http://forumfiles.ru/files/0010/8c/30/32248.css); tr#forum_f59 table#tab-for { width: 400px!important;} tr#forum_f59 #tab-for tr{ width: 400px!important; }


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Яндекс.Метрика
ПРАВИЛА ОЧЕРЕДНОСТИ
В очереди указываются все игроки, которые находятся в локации. Все, чья очередь еще не наступила, выделены серым цветом.
имя - очередь этого игрока
- очередь сюжетной игры / переполнение локации (5 дней на пост)
- очередь обыкновенной игры (7 дней на пост)
имя - игрок временно вне игры
>> имя - персонаж ожидается в локации
[имя] - персонаж отыгрывается гейм-мастером

Уважаемые игроки! Не забывайте входить в систему (примечание: вход возможен не на всех мобильных устройствах) перед тем, как начинать игру, иначе ваши посты не засчитаются или отпись вовсе будет невозможна. Для входа в систему нажмите кнопку в левом нижнем углу экрана. В ходе действий по дальнейшей инструкции кнопка станет белой. Если этого не произошло, обращайтесь в данную тему .

Последний Рай | Волчьи Истории

Объявление


VIP:
Король Лев. Начало

Каталоги:
photoshop: Renaissance LYL White PR
Обновления августа:
20.08.2018
Всем игрокам, участвующем в сезоне, в профили установлены таблицы способностей и подарков.
17.08.2018
Полностью обновлена система артефактов.
06.08.2018
Стартовал игровой сезон "Ветер Перемен".
Обновления июля:
18.05.2018
Игровой сезон завершился, стартовала Перекличка!
Обновления мая:
05.05.2018
Произведена смена отображения ТОПа в таблице. Расширен функционал раздела "В игре".
Обновления апреля:
07.04.2018
Обновлено описание и иерархия Пожирателей Смерти! Убедительная просьба всем членам фракции ознакомиться с темой Стаи и группировки. Списки жителей.
06.04.2018
Стартовал новый литературный конкурс!
02.04.2018
Мы пережили первое апреля! А еще на запах веселья прибежали новые стикеры.
Обновления марта:
31.03.2018
Добавлена мобильная версия дизайна, кнопочка находится меж двух, уже привычных вам. Ведутся работы по введению новой удобной профильной особенности.
19.03.2018
Введен учёт еженедельной активности.
06.03.2018
Флешмоб: Антикосплей начинает своё действие!
Обновления февраля:
17.02.2018
Обновлён дизайн!
10.02.2018
BELTANE: фестиваль в честь старта сезона
06.02.2018
Завершена перекличка, просьба начать подготовку к игре!
Результаты ТОПа сезона можно увидеть в соответствующей вкладке таблицы.
03.02.2018
Установлено большое обновление, переработана тема правил
02.02.2018
ВНИМАНИЕ! ГОТОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ СПИСОК НА УДАЛЕНИЕ!
А ещё добавлено некоторое количество милых стикеров.
Обновления января:
16.01.2018
Открыта Акция: Второе Дыхание!
13.01.2018
Открыто голосование!
03.01.2018
Открыт праздничный аукцион способностей!
Обновления декабря:
27.12.2017
Такого вы еще не видели! Сенсация! Перейдите по ссылке, чтобы..
09.12.2017
Обновлён дизайн форума.
08.12.2017
Полностью переработана тема О Городе.
02.12.2017
Обновлены наборы смайлов и стикеров в форме ответа.
Уважаемые гости форума!
Добро пожаловать на ролевую игру "Последний рай"!
Вы попали на Остров – клочок земли, окружённый со всех сторон бескрайним смертоносным океаном. Его нет на картах, его невозможно найти с самолёта или корабля, а тем, кто случайно ступил на сушу, не суждено вернуться домой. На Острове царят свои порядки. Стаи разумных волков, способных принимать человеческий облик, люди, заселившие центральные земли, и лисы, которые хранят свои тайны – те, кто диктуют правила выживания в этом суровом небольшом мире. Ступайте осторожно и прислушивайтесь ко всему, что окружает вас. Остров полон секретов. Здесь можно повстречать существ, о которых на большой земле слагают легенды, и найти двери в миры, где стёрта грань между реальностью и фантазией.

Игровой сезон: "Ветер Перемен"

Готовые персонажи:

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Последний Рай | Волчьи Истории » Запад Острова » Верхний Сумрачный лес


Верхний Сумрачный лес

Сообщений 241 страница 260 из 262

1

http://satirics.net/d/img/73e0cd7b882ba1b53a5e.png

Ближайшие локации
------------------ ♦ ------------------
Север [только вплавь] | Тропики, Аллея Идущих, Темное озеро
Юг | Серебристый ручей, Песчаный берег
Запад | ---
Восток | Лунные холмы, Междулесье

0

241

"Лес, лес... Тёмный, душистый, пахнущий мятой...сладкие песни – заманки для путников..."
Дом, в котором

– Будь здорова, – Саунд любезен с ней, как всегда. Огненная шкура светится на закате. Разноцветные глаза переливаются драгоценными камнями. Несс кивком благодарит и красноречиво шмыгает носом. – Ты куда так несешься-то, рыжик?
– К неприятностям, – с удивлением поясняет валькирия, точно это и так само собой разумелось. Улыбка озаряет её мордашку. – Если не они идут ко мне, я иду к ним!
И это звучит как девиз по жизни. Однако последнее, чего сейчас хочется волчице – ходить, повесив нос. В такой компании грех грустить, так что настроение её приподнято: вновь задул южный ветер, прогоняя холода.
– Милые дамы и... И не совсем дамы. – Продолжает Саунд. Несс прячет смеющиеся глаза.
– И не совсем милые, если ты не заметил. – Фырчит Осирис. Ещё один – не самый приятный – участник тусовки. Но в последнее время более-менее переносимый. Пусть так и будет дальше.
– Нет ли у вас чувства, что кое-что упорно хочет нас сожрать? – Озвучивает рыжий легионер мысль, что завладела ими всеми уже довольно давно. Он первый нарушил тишину. Конечно, если не считать её эффектного чиха.
Нессель согласно кивает, молча – что удивительно – выслушивая точку зрения напарников. Её глаза опасно щурятся, она даже сбавляет шаг. Но всё равно идёт первой, видимо, нуждаясь в этом чувстве риска, а может, поддерживаемая морально теми тремя, что прикрывают ей спину. И, конечно, "весёлыми" песнями Саундвейва – куда же без них? В сложившейся обстановке они ободряют. Кажутся не к месту, и всё же выполняют свою работу: не дают душе заблудиться.
Прямо перед носом мелькает чёрная молния. Резко затормозив, амазонка скрещивается взглядом со странным существом, хмурится и инстинктивно обнажает зубы. В госте она узнала беса, а узнав, ведёт себя тихо, зная, что легионеры и Ригель его тоже заметили, быть может, даже раньше неё. Нет нужды сотрясать воздух. Надо быть настороже: появление чертёнка не к добру. Ещё и опасный туман медленно, но верно стал заполнять пространство...
– Ближе, – шепчет Несс остальным, легко, точно в танце, возвращаясь назад, и Ригель может почувствовать ровное дыхание подруги, которая прижимается к ней боком. А существо мерзко хихикает. И что-то таращится на них из темноты.
Страшно ли Нессель? Нет. Она сосредоточенно слушает Саунда. Присутствие напарников успокаивает, и она может трезво смотреть на накрытый шатром мир.
– Я… Предпочел бы встретиться со своими страхами. – Шепчет рыжий легионер. И волчица кивает, соглашаясь.
– Только осторожней. Держись рядом. – Вполголоса предупреждает валькирия, и выглядывает из-за его плеча на нечто, затаившееся во мраке. Глаза сияют детским любопытством, но тело напряжено и готово ко всему. Все они давно выросли из сказок. Повидали столько, что хватит с лихвой на всю оставшуюся жизнь. Не им бояться маячащей тени. Им – быть начеку.

Отредактировано Нессель (2018-03-01 21:42:53)

+2

242

Вряд ли в подобных лесах всё может идти чрезвычайно хорошо.. Не зря же столько слухов про эти таинственные места ходит. Впрочем, Осирис своим характером явно выбивался из разношёрстной компании - слишком спокойный, слишком похуист, который повидал столько, что ни словами сказать, ни пером описать. Он не кичился подобным опытом, но и не видел смысла попусту тратить время на болтовню о том, как кому-то из группы страшно, а у чьей-то задницы - тяга к неприятностям. По мнению Осириса, очень неплохим вариантом было бы, если бы Нессель, которая так рвётся к опасностям, в случае чего им же (в смысле опасностям) была принесена в жертву. С Острова не убудет без этой мелочи, да и с отряда - тоже.
Саунд разглагольствовал, вырисовываясь в карих глазах Осириса самым настоящим балагуром, который просто развлекает копанию, чтобы скучно не было. Может быть, именно поэтому кареглазый лишь понимающе ухмыльнулся, но никак не отвели на первые фразы состайника.
Лес расступался перед лапами волков неохотно, даже несколько агрессивно - живность разбегалась в разные стороны, предпочитая не иметь дела с группой хищников и Осириса это очень даже устраивало, ведь в лес они пришли не охотиться, а выведать что-то, что не известно остальным членам стай. И как бы армеец не наслаждался таким ходом событий, но рано или поздно, а какая-то херня должна произойти.
Хернёй оказалась чья-то юркая чёрная тень.
Твою же мааааать... Легионер нахмурился, едва заметно оскалившись. Он очень хорошо знал, что за тварь им повстречалась, потому что уже пару раз сталкивался с ним. Не понятно, один ли бес был в своём роде, или у него тоже была стая, но он кочевал. Осирис видел его ещё в детстве, когда ходил с отцом в патруль, а второй раз - будучи уже взрослым. Правда, и в тот и в тот раз повезло - бес не утянул в топи, не завёл в ловушки, не навёл мороки и иллюзии, как это свойственно мистическим болотным огонькам. Кареглазый знал про это существо несколько немаловажных фактов. Во-первых, бес лишь выглядит малюткой с игривым взглядом, на самом деле являясь существом древним и явно не благодушным. Во-вторых, верить бесу нельзя, нельзя на него и пытаться как-то морально/физически давить - мерзкая тварь может разозлиться, и тогда на группу накинут блуд - ходи по лесу до бесконечности. В-третьих, с бесом можно договориться, но лучше помнить про пункт "во-вторых" - бесу верить нельзя.
Саундвейв явно был не в восторге и сразу же решил наладить контакт с "забавным" существом, жёлтые глаза которого пугали до чёртиков. Осирис помнил, как и сам не так давно отсвечивал точно такими же - ярко-жёлтыми, когда демон, сидевший в нём, проявлял свою сущность. Хвала Варге, избавился от этой твари в своей голове. А теперь мы имеем дело с представителем похожей породы.
Если рассудить, то всё было не так уж плохо. Бес мог и отстать от них, мог вывести на нужную им тропу... Это как хорошие варианты. О плохих лучше было не думать совсем, потому что даже отступать было некуда - за спиной тропа исчезала в мерзком таком тумане.
- Саунд, мы его не тревожили. Это он решил потревожить нас, за что ему огромное не спасибо. - Негромко и совершенно не агрессивно пробормотал армеец, переводя внимательный взгляд на магическое существо. - Привет, бесяка..А ты явно подрос с нашей последней встречи. - Легионер почтительно склонил голову на бок и посмотрел в жёлтые глаза-фонарики... такие почти что родные, что даже не страшно. - Выведешь на тропу к чему-то интересному, или сперва кристаллик тьмы подарить? - Осирис говорил серьёзно и без насмешки. Когда-то давно, для того, чтобы бес не запутал дорогу и вывел к нужному пути, Амон Ра (отец Осириса) заплатил кристаллом. Возможно, в этот раз бес согласится на такую плату? На земле, прямо недалеко от места, где находился бес, появился кристалл тьмы, ожидая нового владельца (заявка)

Отредактировано Osiris (2018-03-07 18:25:03)

+3

243

Стоило Саундвейву заговорить, как из лесной чащи раздался странный звук, похожий одновременно и на рёв, и на рык, и на булькающий клекот. Его, определенно, издавало желтоглазое существо, находившееся впереди, и голос зверя не был похож ни на волчий, ни на кошачий, ни на медвежий. Кусты, окружавшие волков, зашумели. Это последняя живность стремглав умчалась прочь, оставляя легионеров и валькирий один на один с неприятностями. Бес, шумно прыгавший по веткам, словно белка, с громким скрипящим лаем метался по всей округе, то ли предупреждая всех об опасности, то ли кого-то призывая. На кристалл Осириса оно не обратило никакого внимания, уж слишком небезопасно было внизу, на земле. И хотя цацка, лежавшая на траве, манила к себе, демон не готов был сейчас жертвовать ради нее собственной безопасностью.
Туман, оседавший на землю, становился все более и более густым, постепенно превращаясь в нечто, напоминающее тяжелые белые облака. И только сейчас, когда исчезли черные тени и мрак, можно было заметить, как постепенно повсеместно парами загораются желтые огоньки. Бес, встопорщив на спине и загривке дымчатую шерсть, забрался выше на деревья, сверкая оттуда глазами-бусинками, в которых не читалось ничего, кроме страха и ужаса.
- С миииром, - протяжно пророкотал голос, явно принадлежавший самке. - Они пришли с миииром.
Обладатели желтых глаз, кольцом окружившие волков, подобно эху вторили своему предводителю, впрочем, не двигаясь со своего места. Бес, до этого скрипевший и фыркавший, замер и притих, словно его здесь никогда и не было. Из высоких кустов, что скрывали желтоглазого, показалась плешивая белая волчья морда, усеянная множеством незаживающих ссадин и шрамов, но сильнее всего в глаза бросалось черная дыра чуть выше правого глаза - след от пули, когда-то попавшей прямиком в цель.
Распахнув пасть, из которой вместо слюны на землю покатились капли темной слизи, желтоглазая резко рванула вперед, буквально продираясь сквозь колючий кустарник. Даже сквозь туман были хорошо заметны изломанные и кривые лапы, и огромная уродливая рана, криво затянувшаяся на брюхе, словно кто-то когда-то выжрал из него все внутренности, а потом небрежно сшил то, что осталось.
- С миииром, - захлебываясь потемневшей слюной, от которой фонило запахом свежей крови, зверь чуть опустил голову, смотря на легионеров каким-то стеклянным и от этого безумным взглядом. - Нам - услуга. Вам - жизнь. Бесу - смерть.
Остановившись в паре метров от гостей леса, волчица встопорщила свои разодранные уши, и повернула голову на запад - единственное место, где не было горящих желтых глаз.
- Туда. За мной. Там. Услуга. Там. Помощь.
Бес, сидевший на самой высокой ветке, истошно заскрипел, и где-то в лесной чаще, на большом расстоянии от легионеров, ему ответил трубный рёв.

GM-Kai

+5

244

Смертный страх важен не менее любви. Он пронзает нашу жизнь до глубин нутра – и так мы пониманием, кто мы есть. Попятишься, прикроешь глаза? Или тебе хватит сил шагнуть к обрыву и заглянуть в бездну?
Мариша Пессл

За Саундвейва:
Саундвейв даже глазом не моргнул: после встречи с Карциной легионера мало что могло напугать. Возможно, именно потому, что он привык рисковать жизнью, сейчас он мог рассуждать с поразительной рациональностью.
– Хорошо, – после недолгого молчания проронил он, – мы вам поможем.
И шагнул вперёд с намерением проследовать за волчицей. Обернувшись к товарищам, он резонно заметил:
– Слышите рев? Между незнакомыми мертвецами и хорошо знакомым оленем-мясником, я выбираю мертвецов.

За Нессель:
Она хотела возразить, когда отряд – это очевидно – стал разделяться. Осирис предлагал им сделку с Бесом, Саундвейв грозил встречей с Аскором. Как-то хотелось третьего варианта, но его как бы не было. Или они слишком узко мыслят?..
Прежде, чем валькирия успела окликнуть легионеров, что скакали прямо в лапы опасности – причём разного рода – ей помог их предупредить, что удивительно, Бес. Помог уникальным образом. Сам напугался, и их сбил с толку. Почему-то отказался от соблазнительной чёрной блестяшки и торгов с Осирисом. Забился в истерике, залаял. А всему этому цирку предшествовал пугающий, ни на что не похожий звук. Он объединил в себе всё самое страшное, от чего можно было с бьющимся сердцем проснуться посреди ночи и залиться слезами от ужаса.
Дыхание Нессы сбилось, но она только поближе прибилась к Ригель, стараясь брать пример с хладнокровия и собранности товарищей. Вот лично она такую тварь слышала впервые. А увидев, не сдержалась и выдала шёпотом:
– Ди-и-ичманская ди-и-ичь...
Их окружило кольцо жёлтых глаз. Бесспорно, они в ловушке. Теперь выхода нет – только сражаться. Впереди – живой мертвец, жалкое подобие волчицы, плюющейся чем-то тёмным и противным, воняющей кровью, не просто побитой жизнью, а прихлопнутой насмерть. И, видимо, возрождённой вновь. Как такую победить, если её даже Калахира не берёт?
Что ж, Нессель напугали. Вот прям очень. Однако чем больше она боялась, тем лучше соображала: шкурой рисковать лишний раз не хотелось. Потому, когда тварь заговорила, валькирия слушала – молча и насупившись.
– Нам – услуга. Вам – жизнь. Бесу – смерть.
"Что ж, пока всё не так плохо. Нам хотят сохранить жизнь!" – С преувеличенным оптимизмом и умилением подумала Несс. Но ей не понравилось слово "услуга". Услуги... Они такие, разные бывают, знаете ли. Ещё больше волчицу встревожило спокойное согласие Саунда всем прихотям этой твари потакать. С другой стороны – а был ли у них выбор? Что ни выбери – жизнь в опасности. Может, оказание услуги отсрочит неблагоприятный исход. Или поможет его избежать...
Почему-то в такой ситуации валькирия оглянулась именно на Осириса. Помимо Саундвейва в их команде ещё и он с лихвой наобщался со всем божественным и мистическим. Опыт был, понимаете?
Тем временем рыжий легионер пополз прямиком в объятия полудохлого чудовища. Несс это встревожило. Она так и не успела ничего спросить у товарищей – скользнула следом за Саундом, однако совершенно с другим намерением.
– Подождите минутку. – Позвала амазонка тварь в волчьей шкуре. – Мы не прочь помочь. Но какого рода помощь требуется? Что там – на западе?
Издалека раздался рёв, от которого мурашки поползли по коже, а шерсть встала дыбом. Инстинкты толкнули Нессу вперёд – иди и не ершись, – но здравый смысл сказал: "Ага, ну щ-щас, побежала".
"Мы же так "давно" не оказывались по уши в дерьме. Действительно, зачем привередничать?"

Отредактировано Нессель (2018-03-27 16:36:53)

+1

245

Происходящее не нравилось легионеру. Очень не нравилось. Казалось бы, кристалл ппивлёк внимание беса, но нечто более глобальное отвлекло его. Отвлекло всех, кто присутствовал здесь.
Осирис внимательно следил за бесом, отмечая про себя ужас в глазах-бусинках. Чего же ты боишься? И кого? 
Ответ пришёл сам собой, а точнее, появился внезапно и с громким шорохом кустарника - сперва уродливая морда, а после и вся тварь целиком. Вряд ли она была живой. Скорее всего, изувеченным мёртвым телом орудовала магия или какая-то особо опасная сущность. И даже если к чести своей кареглазый даже не поморщился, то внутри него поселился тот самый холодок опасения с лёгким флером страха - подобное могло вселиь опасения даже во взрослого матёрого кобеля, что уж говорить о двухлетке. К тому же, армейца очень сильно волновал ещё один немаловажный фактор - глаза вокруг. Деятки пар чужих глаз вокруг. Глаза существ, настроенных явно не слишком дружелюбно.
Страшная волчица заговорила. Как же Осирис терпеть не мог, когда вроде и предоставлялись варианты действий, но при этом выбрать он мог тот, который был выбран до него. По сути, выбрать они могли лишь помощь этой рванине, тогда как бесу угрожала реальная опасность. А ведь он первый явился сюда и ничего плохого им сделать не успел. Армеец нахмурился на слова Саунда и ещё больше - на слова волчицы. Послышавшийся откуда-то трубный рёв отозвался мурашками вдоль позвонков хищника.
Осирис ответил негромко, но чётко расставляя ударения и делая паузы.
- Что такого бес сделал тебе? Почему ты так желаешь ему смерти? И ты не озвучила свою.. услугу. - Пророкотал волк, чуть опуская морду и внимательно глядя на чужачку. Пусть его "соратники" и собирались послушно, словно глупые овцы, следовать словам мёртвой волчицы, но где гарантия, что в таком случае они будут в безопасности? Почему лишь перед количеством они трепещут? Почему на защиту маленького юркого беса не желал становиться никто? Сознанием кареглазый понимал, что бес и сам может за себя постоять, но когда-то давно.. когда-то давно он помог и вывел на тропу. А с Калахирой у Осириса были личные счёты - помогать мертвецам армеец не собирался, а наличие за спиной такого союзника, как олень-мясник (о котором упомянул Саунд), могло выровнять силы. Надо просто дождаться его появления, а пока...
Хищник вздыбил шерсть, непроницаемым и таким же мёртвым взглядом глядя на жуткую волчицу.
- На западе нас может поджидать ещё более страшная ловушка.

Отредактировано Osiris (2018-04-09 18:12:29)

+2

246

Волчица реагировала на слова живых медленно и как-то заторможенно, словно в ее голове кто-то вручную переключал рычаги, а сама она была лишь нелепой куклой, которую когда-то сломали и криво собрали обратно. Неспешно повернувшись, отчего шея хрустнула и заскрипела как старый механизм, она постаралась натянуть на морду улыбку, но вместо нее появился лишь кривой, отвратительный оскал. Многих зубов не доставало, и из дыр, где когда-то были моляры, комьями сочилась черная слизь. Трубный рев повторился вновь, поднимая где-то вдалеке шумную стаю птиц, но белая, кажется, ничего не услышала.
- Нужно помочь... Нашему другу. Другу плохо. Друг ждет, - тихо произнесла незнакомка, попеременно издавая звуки, похожие на бульканье, словно внутри она тоже была заполнена этой чернью, сочившейся из пасти. - Друг будет.... Благодарен. Вам. Друг вас.... Не тронет.
Бес, метавшийся на ветках, неожиданно рванул куда-то в сторону, исчезая среди древесных крон. Он явно очень спешил, и направлялся как раз туда, где еще недавно громогласно трубил таинственный зверь. Волчица проводила его долгим взглядом, и, клацнув пастью, собиралась было направиться вглубь, показав живым дорогу, но слова Осириса о судьбе беса заставили ее буквально замереть на месте, с поднятой вверх лапой. Бросив на него пристальный, холодный и вполне, казалось бы, осознанный взгляд, она чуть пригнулась и, настигнув его в один прыжок, практически столкнулась с ним мордой.
- Ты задаешь слишком много вопросов. В этом лесу нет ничего, что было бы опаснее... нас... - впервые за все время, речь суки казалась... живой? Глаза белой полыхнули какой-то ненавистью, и, облизнувшись, она неожиданно вцепилась в морду легионера, сжимая челюсти с такой силой, словно это был не немощный ходячий труп, а медведь, пребывавший в самом рассвете сил. Другие существа, что находились поблизости, протяжно завыли и запищали, поднимая по-настоящему оглушительный шум.
Резко дернув головой в сторону, раздирая морду волка своими оставшимися клыками, белая отпустила Осириса так же внезапно, как и схватила его. И хотя рана не была серьезной, вся морда легионера покрылась этой отвратительной черной слизью, запах которой мгновенно ударил в мозг, вызывая сильное головокружение и озноб.
- Нам - услуга. Вам - жизнь. Бесу - смерть, - облизнувшись, повторила сука, на сей раз куда бодрее, чем раньше. Внешняя немощность была опасной ловушкой, движения белой, когда это было необходимо, оставались достаточно резкими и сильными, чтобы доставить массу проблем.
- Помогите нашему другу, и он... - презрительный взгляд на слабевшего Осириса - поможет вашему.
Вильнув хвостов, волчица двинулась на запад, куда и собиралась ранее. Теперь у группы почти не оставалось выбора. Осирис мог продолжать путь дальше, но убежать, в случае чего, ему уже не хватит сил.

GM-Kai

+4

247

Дьявольские глаза манили.
Дурманили сознание янтарным блеском, пылали ярко, словно болотные огни. А он тянулся к ним, как беззащитный светлячок. Вокруг сгущался сизый мрак, очерки веток расплывались и таяли в дымке, а бес по-прежнему сидел в верхушках и… и бесился. Что-то сильно беспокоило его.
Жуткий зверек боялся настолько, что даже не спрыгнул за кристаллом. Лес, между тем, походил на локацию «Сайлент Хилла» все сильнее. Саунд пропустил слова Осириса мимо ушей – он сделал свой выбор. Нижний Сумрачный – не их территория. Здесь были свои владыки, и Саунд с почтением отнесся к местным лесным духам. Подвергнуть отряд риску он не мог: нельзя доверять бесу. Нельзя за ним ходить.
Голос рокотал в тумане. Медленно вторил ему, растягивал слова, будто мистическое эхо. Мышцы задубели, скованные напряжением, туман оседал на шкуре ледяными бисеринками. Холодно, темно и... наверное, страшно. Саундвейв глядел в янтарные луны, по-прежнему не мигая. Глаза как костры. И вдруг разожглись они всюду, словно автомобильные фары.
Демоны наблюдали за ним.
Изувеченная, изломанная фигура выступила тенью из сумрачного плена. Ручьи черной слизи хлестали из пасти, пахло вспоротой плотью. Мерзкое зрелище – плешивая шкура, грубо сшитый живот, открытые раны.
И странная дырка в черепе.
Саундвейв знал эти дырки – видел такие в шкурах родителей. Видел в прочих городских волках, что валились на землю, подкошенные пулей. Страшная облава кровавым следом отпечаталась в мозгу – и этот блик на воде, этот призрачный отблеск вынудил его дрогнуть. На секунду потерять крепость, чтобы охладеть снова.
Выжил тогда, один из немногих. Выжил в гостях у Карцины. Выживет и сейчас.
Хорошо. Мы вам поможем.
Жизнь научила его мыслить. Обделенный силой, Саунд задействовал мозги, вертелся, как гадюка, чтобы спасти собственную шкуру. Опыт утверждал, что даже озеро способно оказаться хищным, в сверкающей водичке может поджидать опасность… что уж говорить о живых мертвецах.
Он не питал особой любви к людям, и мазохизма городских волков не разделял:  Саунду не нравилось, когда его пытаются убить. А убить его пытались раз за разом. И знаете, что-то подсказывало ему, что эти изувеченные бедолаги все равно чудовищно опасны, и точно не рассыплются в прыжке.
Слышите рев? Между незнакомыми мертвецами и хорошо знакомым оленем-мясником, я выбираю мертвецов.
Товарищи, казалось, не восприняли его всерьез. Он злился, но не показывал. Несс смотрит на Осириса, а не на него, не доверяет опыту: обидно, еще как обидно!
«Они могли убить нас и не тратить время. Здесь целая орда из жертв жестокого обращения с животными! Значит, мы нужны им живыми. Но чем такой гвардии могут помочь смертные волки?».
Саундвейв согласился, потому что их явно было лучше не злить. Недалекость соратников его убивала. А подобная недалекость правда могла убить.
«Ай да Осирис. Ай да хер моржовый».
Итак, вы ходячий труп. У вас есть зачатки речи и подобие разума, наверняка вы подняты смышленым некромантом восьмидесятого уровня. Вы не просто труп, а голем, со своей миссией. Могучее и безжалостное существо. И тут, какая-то букашка, какой-то воин Альянса с бракованным инстинктом самосохранения… пытается вам помешать.
Саундвейв молчал. Стиснутые зубы выдавали нервное напряжение. Один глаз горел пламенем изумрудным, другой – каштановым, но оба жгли Осириса ледяным огнем. Этот взгляд говорил, нет, кричал, надрывался: «Не лезь, дебил, она тебя сожрет».
Кретин, – сдавленно прошипел через зубы.
По закону жанра, среди них не могло не оказаться того самого парня. Того самого парня, который не знает, что делать, если вы угодили в фильм ужасов в реальной жизни. Того самого парня, который решит, что дергать за усы крутого монстра – хорошая идея.
Мертвецы давали понять, что дело их не терпит отлагательств. Они сделают все, чтобы выполнить свою миссию, уничтожат всякого, кто вздумает им помешать. Разорвут толпой, вцепятся в горло, превратят в гнилой мешок костей и мышц, сотворят еще что-нибудь страшное, но сметут преграду со своего пути. Осирис медлил. Саундвейв знал – промедление смертельно.
Волчица резко пресекала дерзость. Говорила медленно, будто тяжело, но двигалась, как пуля, что некогда пробила ей башку. Саунд видел бросок, видел укус – и ничего не мог сделать. Он не самоубийца.
Линчевание сопровождалось визгом, оглушительным хором живых мертвецов. Скандалист изнеможденно выдохнул, отвернулся, глядя в синий туман. Осирис раздражал, смотреть на него не хотелось. Бросить он его тоже не мог – «наш», как никак. Когда взглянул вновь, по лику армейца струилась тухлая жидкость.
Он понимал, зачем они сделали это. Волки медлили, мешались, и армия «големов» не оставила им выбора. Любыми средствами они добивались цели.
«Выбора нам не оставили, как только окружили. Но нет-с, нет-с… мы же самые умные, наше мнение самое веское. Парень, ты щерился на ходячего мертвеца, ты перешел дорогу неведомой херне, которая может одним укусом размозжить тебе черепушку и высосать содержимое! А есть-то что высасывать? Вдруг она не наестся и примется за нас?».
Саундвейв наслышан был о подвигах Осириса, и уж никак не ожидал такого безрассудства. Сейчас же воин Легиона, воспитанник Фрактала, казался Скандалисту бугаем-тугодумом.
На помощь плотоядного оленя рассчитывать не приходилось. Плутоватому бесу не приходилось доверять. Аскор был детищем безумства, диким извращением богов. Он – хищник, они –  жертвы. Стали бы прилагать усилия волки, чтоб спасти от гибели потенциальную добычу? Аскор сожрет их. Воспользуется и сожрет, в том не было сомнений.
«Боги мои, боги… есть же столько способов пожертвовать собой, зачем усложнять жизнь нам?».
Приношу извинения. Мы поможем.
Емко и понятно, без горечи и без боли. Ничего лишнего. Саундвейв пристально посмотрел на Несс, мол, не делай хуже и держись ко мне поближе. Не хватало им второй истерики. Между тем, он был уверен: валькирия не из дурех, и страху не поддастся. Ровно как и безрассудству. В горле по-прежнему дрожал и трепетался комок ос, жалил и саднил пережеванной злобой. Отхаркнув последние огрызки раздражения, Саундвейв ушел в себя, последовав за истерзанной волчицей.

+4

248

– Совершенно очевидно, сударь, что вы попросту предоставляете нам выбор между жизнью и смертью?
– Совершенно очевидно.
– Друзья мои, – сказал я, обращаясь к своим спутникам, – дело обстоит так, что спорить бесполезно. Но мы не дадим никакого обещания, которое связало бы нас с хозяином этого судна.
– Никакого, – сказал неизвестный.

20 000 лье под водой

[indent] Нессель лишь задумчиво сощурила глаза, ничего не сказав: ответ полудохлой волчицы мало что прояснил, но, по крайней мере, их пообещали не трогать, если они помогут. Валькирии не нравилось, когда её к чему-то принуждали, и она была уверена, что оказать услугу некоему "другу" – задачка не из простых, однако кольцо жёлтых глаз спокойно ждало их решения, никто не нападал на западных волков, а значит, лишний раз провоцировать незнакомцев не следует. Тем более, в количестве Несса и её товарищи явно уступали.
[indent] Осирис так не считал. Он начал задавать вопросы, в чём винить его было нельзя: идти неизвестно куда и помогать неизвестно кому только, чтобы выжить – совершенно не так их воспитывали. Ведь на Западе бытует концепция, что это он диктует условия, а не наоборот. Непонятна была реакция твари. Её немножко слишком раздражало их любопытство и упрямство? В общем-то Несс не успела понять, что произошло. Она лишь услышала голос Саунда рядом:
[indent] – Кретин.
[indent] "О нет!" – В амазонке что-то оборвалось, однако ей не предоставили времени, чтобы элементарно испугаться: ОНО уже стояло вплотную к Осирису, а в следующее мгновение вцепилось в него стальной хваткой. И вот тогда Нессель по-настоящему испугалась за легионера. Страх сковал её, а прежде чем он отступил, чудовище уже наигралось и отцепилось от разодранной морды волка. Там, где челюсти твари сомкнулись, теперь всё было в непонятной чёрной слизи.
[indent] – Нам – услуга. Вам – жизнь. Бесу – смерть, – сказало чудовище. Оно прошло мимо.  Несс с трудом подавила в себе желание вцепиться твари в нос и заставить ответить за нападение на товарища. Однако валькирия осталась на месте, поджав губы и смотря исподлобья. Нессель хорошенько понимала, насколько слаба и беспомощна сейчас.
[indent] Осирис слабел на глазах. Никак не отреагировав на обещание ходячего трупа помочь ему, конечно, в случае успеха, амазонка сорвалась с места к легионеру и подставила плечо. Им нельзя было задерживать это сборище мертвецов – опасно. Сможет ли Осирис идти дальше? В любом случае, бросать его нельзя. А неизвестная жидкость на его морде может оказаться чем угодно. Им просто не оставили выбора...
[indent] Армеец мог оттолкнуть Нессу – они друг друга уже давно взаимно не переваривали, и её помощь могла показаться ему оскорбительной, – но волчица об этом думала в последнюю очередь. Во-первых, слишком много товарищей она потеряла за последние месяцы. Во-вторых, сейчас кроме как на самих себя они ни на кого больше положиться не могли: важен каждый. В-третьих, если он ослабеет окончательно, кто знает, смогут ли они помочь этим тварям? И что будет в случае провала?..
[indent] Нессель молча протянула легионеру аир. Он должен был немного притупить боль от укусов и привести Осириса в чувство, но, кто знает, поможет ли растение хоть как-то справиться с последствиями попадания чёрной слизи на раны?.. Валькирия смотрела на эту жидкость с опаской. Она не решилась слизать её или попробовать хоть как-то убрать – неизвестно, как бы это отразилось на самой Нессе. Более того, она переживала, как бы этот запах не подействовал и на неё, поэтому прятала от Осириса глаза и отводила нос, опустив голову. Но – и в этом с Саундом она была солидарна – бросить легионера она не могла. Элементарно ей бы не позволила гордость.
[indent] – Приношу извинения. Мы поможем. – Голос Саунда щёлкнул в воздухе как кнут. Нессель даже оторвала взор от лап – так она удивилась. Рыжий волк пристально смотрел на неё.
[indent] "Не делай глупостей, иди за мной, держись рядом", – вот что говорили эти глаза.
[indent] "Перед КЕМ ты извинился только что!?" – С возмущением ответила другу Несс. Выдержав паузу, она только кивнула. Но была в этом кивке какая-то мрачная решимость. Затем амазонка последовала за Саундвейвом.

Отредактировано Нессель (2018-04-17 02:49:18)

+2

249

Волчица довольно клацнула зубами, кажется, спиной чувствуя, как резко изменилось настроение на этой чертовой поляне. Гонор сменился абсолютной покорностью, а любопытный волк затих, пытаясь лапами стереть с морды слизь. Основная ее часть действительно стекала на жухлую траву, как смрадный кисель, но тех крупиц, что попали в раны, более чем хватало для того, чтобы подкосить даже такого крепкого кобеля. Он стремительно терял ориентацию в пространстве, запахи притупились и стали... какими-то безвкусными, а земля перед глазами расплывалась в разные стороны. Протянутый аир Осирис таки употребил, но помощь от него была столь незначительная, что позволила разве что немного продышаться. Из его пасти обильно стекала слюна, а глотку саднили какие-то надрывные хрипы, словно наружу просился завтрак. Заметив, как Нессель пытается вылечить товарища с помощью растения, белая волчица громко хмыкнула.
- Если бы трава могла исцелять такие раны, я бы сейчас не стояла перед вами в таком виде, - и хотя слова ее звучали... в какой-то степени печально и грустно, в голосе все равно чувствовалась издевка и очевидная насмешка. - Идите сами. Нам нельзя терять время. Вашего друга донесут до места назначения... почти как местную знаменитость.
На последних словах волчица подняла голову выше, выпрямилась, и, устремив горящий ошалелый взгляд в противоположную от дороги сторону, издала тихий утробный рык. Этого было вполне достаточно для того, чтобы из чащи показались те, кто давно за ними следили. Первым на поляну выступил человек. Выглядел он гораздо хуже белой суки, но на ногах стоял так же крепко. Одежда на теле бывшего охотника, а это явно был он, висела рваными лоскутами, в некоторых местах прилипнув к распоротой груди. Рана зияла от нижних ребер вплоть до нижней челюсти, обнажая разорванную трахею. Кто-то в свое время явно от души полакомился гильдийцем, и теперь он, пустым взглядом смерив волчью свору, двинулся в сторону Осириса. Следом за человеком из зарослей появилась крупная кошка, вся шкура которой была покрыта рваными ранами. Сейчас уже нельзя было сказать к какому виду она принадлежала, но более всего комплекцией напоминала тигра. Несмотря на то, что оба трупа явно были менее мозговитыми, чем волчица, работали они слаженно. Взвалив Осириса на спину кошки, человек повернулся к волкам и растянулся в натянутой улыбке. Нижняя челюсть у него явно была переломана, и этот оскал выглядел скорее пугающе, чем дружелюбно.
- Теперь пошли. Это касается всех. Отставать не советую. Те, кто прячутся позади вас, изрядно голодны и... обделены всяким разумом. А нескольких волков Татшихат на своей спине не унесет.
С этими словами белая двинулась вглубь леса, более не оборачиваясь на волков. Следом за ней последовала кошка, на спине которой, как мешок с картошкой, лежал Осирис, а человек, неловко врезавшись в низкие ветки дерева, замкнул это странное трио. Живые должны были поторопиться, позади них смыкался круг, и глаза существ, что еще скрывались в кустарнике, горели безумным, жаждущим крови огнем. Впрочем, вид впереди был ни капли не лучше. Там, куда направлялись волчица, кошка и человек, туман стелился особенно густо, и волки могли шкурой ощутить, что здесь было на пару градусов холоднее.
Рев повторился, но на сей раз он был значительно ближе и громче, чем прежде.

Осирис выведен из игры

GM-Kai

Отредактировано Game Master (2018-05-04 20:35:40)

+4

250

Пока Осирис соскребал дрянь с морды, Саунд снисходительно за ним наблюдал. Испуганная, злая, ошеломленная Нессель застыла рядом, и он в какой-то мере ей завидовал.
«Как давно я не чувствовал этого? Страха, отчаяния, боли… слепой гордыни, пустой злобы! Да, что-то изменилось во мне тогда. Поломалось. Я умирал, умирал, умирал, умирал, каждая смерть от меня откалывала ломоть: часть души я оставил в озере Карцины. Малой кровью отделался, ведь другие там оставили жизнь. Нет, Несс, ты серьезно? Я помню, как захлебнулся в ручье, и как олени проломили мне череп, я помню, как южное солнце зажаривало меня до хрустящей корочки, словно перепелку какую, и это… незабываемые ощущения. Знаешь ли ты, насколько хрупка твоя жизнь, что убить тебя может вода, жара или травоядное? Не надо быть ходячим трупом, чтобы прикончить волка, но ходячий труп сделает это быстрее. Да, давно я не испытывал такой гордыни, которая ведет в могилу, давно я уже не дурак… а дураки счастливые. Жаль, долго не живут».
Завидовал ее эмоциям, их искренности, свежести: они загорались, как яркие искры, как звезды на небосклоне. И в то же время, он их ненавидел. Энергия и трепет, сияние живой души раздражали так же, как свет раздражает крота. Скандалист чувствовал это противоречие. Но ничего с ним поделать не мог.
«С другой стороны, чем старше я становлюсь, тем больше размышляю, каким дураком был раньше. А потом узнаю, что я все еще дурак. Либо я дураком родился, и дураком умру, либо мне просто не стоит об этом думать».
Дружеские чувства, гнев, любовь, симпатия и нелепый патриотизм: все это вело к гибели. Стояли до конца первородные, один за другим оседая на землю, которую не смогли защитить. Где они теперь? В отчаянии наблюдал Микаэль, как слепое чудовище убивает Луну, и он бы кинулся на помощь, прямо в озеро и нырнул, себя погубив. Если бы его не сковывало тело Саунда. Кстати, а что потом случилось с Калле?
Саундвейв не сдвинулся с места, не нахмурился, не оскалился и не улыбнулся: смотрел молча, как Нессель ухаживает за Осирисом. Мажет раны аиром, подставляет плечо боевому соратнику, которого все еще не может терпеть.
И тут из чащи появились двое. Человек, в котором не осталось человеческого, и большая кошка. Ходят, как марионетки, шевелят руками и ногами, словно бы на нитках. Сами как уродливые куклы, с выбитыми глазами, выкрученными шарнирами, свернутыми конечностями — что же за большой ребенок так поиздевался?
Гильдиец походил на чучело, какие люди мастерили из волков. Он подошел к Осирису, и Скандалист почувствовал, что дело пахнет жареным. Вернее, падалью, но бурную реакцию Нессель он уж предвидел. Молнией метнулся к ней, загородил  дорогу и прямо в морду прошипел:
Хочешь знать, почему я извиняюсь?
Слегка толкнул плечом, призывая не делать глупостей и просто идти. Немного ушел в бок, оставаясь на достаточном расстоянии, чтобы схватить волчицу за загривок и тряхнуть, если та решит поиграть в героя. Говорил приглушенно, стараясь не привлекать лишнего внимания, но и не скрывая раздражения перед Нессель:
Вот скажи, ты же в одиночку не кинешься на отряд охотников с собаками? Ну потому что это верная смерть. Так вот, то, что ты скалишь зубки на армию не-совсем-мертвых волков и прочей неведомой живности — это не только самоубийство, но и слабоумие. Мы опасны для них так же, как блохи, сдохнуть можем тоже, как блохи: нас всех перегрызут как назойливых жучков, сколько бы ты здесь ни храбрилась. Ты только глянь на бедного Осириса, посмотри, проанализируй, нет, ты правда думаешь, что у тебя есть шансы?
Остановился, чтобы набрать воздуха, с непривычки кашлянул. Стало холодно, как в склепе, зябкое марево расстелилось вокруг пуховым одеялом. Выдохнул, пустив облачко пара, и заговорил:
Осирис сам виноват в том, что случилось, и эти твари могли бросить его здесь, на ужин «тем, кто прячется позади». Но ведь потащили, понесли, на собственном горбу! Это не волки, там не человек, кошка не кошка, это не живые существа вообще, и я не хочу проверять, может ли умереть то, что уже мертво, потому что я точно не воскресну. Да и ты тоже. Хороший легионер — живой легионер, я так думаю. В гордости мало проку, если ты труп.

Отредактировано Саундвейв (2018-06-02 14:20:15)

+2

251

— Если бы трава могла исцелять такие раны, я бы сейчас не стояла перед вами в таком виде, — издевалась над валькирией тварь. Нессель гордо молчала, делая то, что необходимо. Но в её глазах читалась такая ярость… Будь Несс огнём, тут всё сгорело бы дотла. Никого бы это пламя не пожалело. Особенно тех, кто угрожает её товарищам смертью. Из этого презрения амазонка черпала силы: чтобы не упасть духом, чтобы выжить, чтобы дойти до конца и, может быть,  даже победить.
— Вашего друга донесут до места назначения...
Несса сама ещё не пришла к решению, как реагировать, а её нижняя губа уже дрожала и оттопыривалась, выставляя всем на обозрение заборчик молодых острых клыков. Валькирия моментально напряглась, приготовившись защищать Осириса от ходячих трупов, у которых даже намёка на собственную думалку не осталось, и тут ей помешали. Тянущаяся человеческая рука… Так соблазнительно. Секунда — и волчица бы вцепилась! Но она увидела собственную искажённую злобой морду в разноцветных глазах Саундвейва и от удивления подавилась этой яростью, поначалу не зная, как реагировать.
А состайник действовал, воспользовавшись её оцепенением. Он толкнул валькирию плечом, заставляя её продолжать идти и загораживая дорогу к Осирису. Та инстинктивно послушалась, но тут же мгновенно вспылила, зарычав уже на самого Саунда. Ещё бы немножко, и Несс, уверенная, что друг сошёл с ума, атаковала. Однако тот заговорил, и его голос звучал успокаивающе.
— …Ты только глянь на бедного Осириса, посмотри, проанализируй, нет, ты правда думаешь, что у тебя есть шансы?
Нессель следовала за Саундвейвом, опустив голову и недоверчиво нахмурившись. Она слушала внимательно, но внутри всё ещё горел огонь, правда, уже не такой большой.
— Ты серьёзно просто так отдал им нашего товарища?! — Её голос дрожал от гнева. Амазонка поискала глазами Осириса, но его уже забрали. Она ничего не могла сделать… А Саунд говорил мудрые вещи. В его словах звучали отголоски того опыта, который не пожелаешь и заклятому врагу. Несс только сейчас задумалась о том, как пережитое на озере богини повлияло на этого волка. Он ведь тоже недавно потерял товарища, как она Хэйтема. Он бы просто так не сдался, не бросил бы Осириса, верно?.. Нессель украдкой взглянула на состайника. Но по его выражению морды не могла сказать решительно ничего… Кем стал Саундвейв, и что такого видят его глаза, чего её не могут рассмотреть?
—  Хороший легионер — живой легионер, я так думаю. В гордости мало проку, если ты труп.
— Неизвестно, что они с нами сделают… — Несс примирительно прижалась к боку напарника, всё ещё не доверяя ходячим мертвецам, всё ещё злясь, всё ещё расстраиваясь и пугаясь того, что их ждёт — но теперь бросаться навстречу смерти хотелось меньше. Их друга унесли, они его увидят в том случае, если помогут этой твари, выдающей себя за волчицу… Что ж, теперь у валькирии была мотивация молчать и слушать. Саунд своего добился: она шла рядышком с ним, сердитая и подавленная, и всё же готовая ко всему.

Отредактировано Нессель (2018-06-13 00:06:08)

+3

252

Дорога, по которой шел странный отряд, хрустела от покрывавшего ее инея и... мелких костей, что прятались среди жухлой листвы и сухих корней. Здесь не было слышно ни птиц, ни других зверей, и только завывание ветра помогало развеять гробовую тишину. Белая волчица, как и ее свита, молчали и перемещались бесшумно. Они целенаправленно двигались в одном им известном направлении, уводя за собой волков в самую чащу, сводя с главной тропы на неизведанные.
Сложно сказать, как долго они шли, по ощущениям - чуть меньше получаса, прежде чем деревья расступились, выводя зверей на небольшую поляну, окруженную густым высоким кустарником. Сюда, в отличие от остальной части леса, проникал свет, и это место казалось чуть более безопасным, чем все прочие. Остановившись почти в самом центре, белая резко развернулась, и кивнула кошке. Татшихат неловко дернула головой и в следующий миг просто скинула Осириса на землю. Волк находился без сознания, ничего не видел и не слышал, но испытывал сильную боль, из-за чего его лапы иногда подрагивали от судорог.
Белая смерила его презрительным взглядом, и явно собиралась было ляпнуть что-то язвительное, но не успела. Тот самый рев, что до этого слышался из лесной чащи, раздался совсем близко. Вслед за ним послышался писк, и из глубин леса, с ветки ближайшего дерева к Нессель и Саундвейву спрыгнул бес, отчаянно размахивая хвостом и издавая отвратительные звуки, напоминавшие скрежет ногтей по школьной доске. Он явно был в ужасе, и бросился в ту сторону, откуда пришли волки, призывая их уходить.
- Маленький наивный прохвост, которому драная шкура важнее собственной чести, - послышался из лесной чащи голос. Он был спокойным, размеренным, мелодичным и приятным. Пожалуй, его можно было назвать бархатным, а к бесу он обращался с какой-то непонятной снисходительностью, словно отец, разочаровавшийся в поступках своего потомка.
Буквально через пару мгновений колючий кустарник расступился, и на поляну ступил крупный, но грациозный черный олень. Его ноги были длиннее, чем у обычных сородичей, и сам он был на голову выше пятнистых товарищей. Впрочем, не только габариты травоядного бросались в глаза. На черной шкуре ярко выделялись достаточно длинные белые клыки, с которых стекали капли свежей крови, незаметные на темной шерсти. Его рога, огромные и ветвистые, ничуть не мешали ему перемещаться по лесной чаще - на самом деле, они были короткими, как у Аскора, но черная дымка, исходившая от них, значительно увеличивала размеры. Такая же дымка вырывалась из его ноздрей при каждом выдохе, а алые глаза опасно сверкали, смотря на гостей в упор.
- Ваша преданность товарищу и бесстрашие... заслуживают уважения. Мое имя - Кхиту. И я вас ждал, - направившись прямиком к лежавшему а земле Осирису, произнес олень. - Хворь, что оживила мертвецов и даровала им второй шанс вкусить жизни - мое создание. Оно позволяет вернуть разум и душу в сгнивающий труп, но отбирает волю и право выбора. Нет большей пытки в этом мире, чем иметь свое собственное мышление, но не иметь возможности следовать выбранному пути. Перед смертью равны все - волки, кошки, люди. Мы все гнием одинаково.
Остановившись рядом с поверженным Легионером, Кхиту вздохнул и на секунду замолчал. Особо внимательные могли бы разглядеть в его глазах какую-то непонятную печаль, промелькнувшую лишь на мгновение, перед тем, как зверь вновь продолжил.
- Он будет жить. Хворь, поразившая живого, ведет себя непредсказуемо, но заметно более спокойно. Я дам вам то, что навсегда отпугнет ее от вашего товарища, но взамен я заберу у вас свободу выбора... Несколько ваших сородичей приложили лапу к исчезновению моего младшего брата, Аскора. Я не могу его больше услышать, не могу обнаружить и не могу выйти с ним на связь. Усилиями волчьего племени, я потерял самое дорогое, что у меня было, и готов отплатить вашим друзьям тем же. То, что произошло с вашим другом сейчас - лишь малая доля того, что выпадет на долю вашей своры. Вы, живые, должны исправить допущенную вами ошибку, или погибнуть от хвори, которая пожрет ваши тела, а потом поднимет их вновь, сломав волю и дух.
Стукнув копытом о землю, Кхиту подозвал к себе волчонка. Такого же уродливого, как и все в этой шайке. Щенок. подскочив под ноги бесу, Саундвейву, Нессель и Ригель, бросил на землю какую-то старую грязную склянку, из которой торчал пучок странных голубых цветов.
- Это лунные цветы, смешайте их с аконитом и вороньим глазом, в равных пропорциях. Они позволят вашему другу, со временем, выработать иммунитет к хвори. Это последние лунные цветы, распустившиеся в этом сезоне. Они невероятно редки, и до наступления холодов больше не расцветут, а у вас... у вас времени меньше.
Развернувшись, олень двинулся в сторону живых, отчего бес забился под Саундвейва, недовольно поскрипывая и ероша черную шерсть.
- Я предлагаю вам сделку со смертью. Все, что нужно сделать вам - найти и освободить моего брата из заточения, в которое ваши товарищи его загнали. Откажитесь - я приду на ваши земли, и хворь заполонит их, превратив в пустыню, не оставив ни единой живой души. Вы можете заручиться поддержкой беса, этот малыш знает больше, чем кажется, но доверяя ему, вы лишь увеличиваете свои шансы на поражение. У вас есть всего месяц, я не стану ждать дольше. Призовите меня, как будете готовы. Бес знает, как меня найти.
Фыркнув на последней фразе, и выпустив из ноздрей черный, как смоль дым, Кхиту развернулся и, кивнув волчице, одним прыжком преодолел расстояние в шесть метров, скрывшись в лесной чаще. Белая, клацнув зубами, плюхнулась на землю и небрежно почесала задней лапой гниющую плоть на шее.
- Он никогда не шутит, волчата. Найдите Аскора, иначе он все ваши земли перевернет, но убьет каждого, кто окажется в поле его видимости. Армия, которую выставят живые, не сможет превзойти армию, в которой идут мертвые. 
С этими словами, волчица удалилась, а вместе с ней и все остальные. Поляна опустела, оставив волков Альянса наедине с новой проблемой. Теперь им предстояло решить очень важный вопрос - освободить Аскора и позволить им с Кхиту бесчинствовать, или попытаться дать им отпор и собирать силы. Бес, все это время находившийся подле живых, умчался сразу, как только ушел олень. Если от него и был прок, то его сначала нужно было поймать и вывести на контакт. Однажды подставив Аскора, он не очень желал участвовать в его освобождении и подписывать себе смертный приговор. Так или иначе, больше отряд Альянса никто не сдерживал, и теперь они могли спокойно вернуться домой.

Квест завершен!

1. Открыта новая ветвь сюжета - "Сделка с дьяволом".
2. Открыта новая лечебная трава - лунный цветок. Принцип действия и локацию, на которой произрастают эти растения, еще предстоит открыть.
3. Открыта новая болезнь - хворь. Настоящее название неизвестно, но принцип действия и влияние на организм частично раскрыты.
4. Открыты новые нпс - Кхиту, Татшихат, белая волчица, безымянный человек и щенок. Имена трех последних нпс еще предстоит раскрыть, но данные персонажи могут оказать существенное влияние на развитие событий.
5. Осирис будет недееспособен еще примерно 2 недели, но придет в себя достаточно быстро. Через месяц его организм выработает иммунитет к хвори, через три месяца иммунитет станет абсолютным, и Осирис более не сможет быть заражен этой болезнью. Нессель и Саундвейв получают 1000 частиц за завершение квеста. Все персонажи выведены из игры.

+1

253

СЕЗОН ОКОНЧЕН

0

254

--->> Вне игры


Сезон «Ветер Перемен»
8 июня 188 года

«Земля — единственное на свете, что имеет ценность, потому что она — единственное, что вечно. Единственное, ради чего стоит трудиться, за что стоит бороться… и умереть!»
Унесённые ветром

[indent] Её терзали на части сомнения. Сомневаться в последнее время приходилось во многом, но самое ужасное было сомневаться в себе. И речь шла не о способностях, месте в жизни или будущем, а о… верности. Верности самой себе, тому, ради чего живёшь, от чего бешено колотится сердце.
[indent] Оглядываясь назад, Нессель наблюдала рост и процветание своей стаи, а затем и неизбежный упадок. Словно в замедленной съёмке Старый Запад рушился, уступая место чему-то новому и пугающему. Она привыкла, что вожаки меняются быстро и неожиданно: это точно вошло в привычку. Но даже сейчас, когда прежний лидер вернулся, валькирия предчувствовала неизбежность чего-то ужасного. И когда она осталась совсем одна в этом ночном шторме — без луны, без звёзд, позволяя уносить себя чёрным волнам неизвестности — ей показалось, что она стала сильнее.
[indent] Нессе тяжело давались перемены. Поэтому она их не любила и старалась избегать, но они каждый раз её настигали. Сначала бесконечный поток смертей и воскрешений, сбивавших её с толку, причинявших боль, проверявших на прочность. Затем катаклизмы, игры богов, объявления войны… Особенно последнее. Она сбилась со счёту, сколько их было. В каждой она участвовала — не потому что хотела или это ей нравилось, а потому что… Так было необходимо, чтобы защитить то, что ей дорого.
[indent] Что ей было дорого? Несс снова оборачивалась на старую себя. Сначала были семья и любимый брат, на которого хотелось равняться. У неё это отобрали: теперь даже Квиль нет рядом, а Рахо унесло южным ветром, и отныне он враг родной стае. Были вожаки, которые вели за собой и в чьих тенях амазонка с наслаждением пряталась. Но Дэлила развязала междоусобицу, выгнала Нессель из стаи, а Фрактала убили. И затем пришли те, кому она уже не могла доверять. Тогда она вышла из тени, начала действовать самостоятельно, во многом — решительно. У неё была надежда на наследие, которое сгинувшие вожаки после себя оставили. У неё была цель. Однако Хэйтем погиб, а Шахран заражён, как заражён весь Запад. И, наконец, были друзья. Симпатичный ей Велес, Ригель, которая всегда была рядом, Осирис, с которым у Несс было много общего, Зольф, многому её научивший, Саундвейв... Кого-то рука судьбы аккуратно столкнула с шахматной доски, кто-то покинул стаю, а кто-то и сейчас рядом, но валькирия с ними в ужасной ссоре. И вот она в третий раз смотрит в прошлое, а там…
[indent] Нежный золотистый песок сменяется влажным чернозёмом, а за чернозёмом следует грубая горная порода. Морской ветер сменяется хвойной прохладой, а та — луговой свежестью. Выныривая из высокой травы, Нессель оказывается перед великанами со снежными шапками и вечнозелёным убранством, а там недалеко и до волнообразных холмов, рассекающих цветущие равнины, точно дельфины — волны. И всё это — её земля. Такая многогранная, такая величественная, такая древняя! Ещё не было её на свете, а по этим моховым коврам ступали лапы её матери. Чуть севернее жили её отец и его темнолунские предки. А задолго до Тёмной Луны всё было единым. Не было деления по цвету шкуры, вере или происхождению. И тут ступали боги… Стоит только сладко зажмуриться, и Несса готова поклясться, что видит всё своими глазами с высоты птичьего полёта: как росла и расцветала её родина.
[indent] И когда всё, что было ей дорого, у неё отняли, Нессель обратилась не к богам в смиренной молитве, не к вожаку с надеждой во взгляде, не к семье — с любовью, и не к друзьям — с подставленным плечом: она с гордостью и воодушевлением смотрела на западные равнины, горы, холмы, леса и побережья. Она тут родилась, и пускай всё это затопит скверной и пожирательскими отродьями — она не сдвинется, тут и поляжет. И даже задумываясь о какой-то своей причастности к восточной стае через отца — валькирия гордо гнала эти мысли прочь. Хейлд, так его звали, погиб. Его вовлекли в интриги, убили и бросили его же собратья… А земля её, Нессель, никогда не предаст. Вот в чём разница.
[indent] Итак, Кхиту. Несса многого не понимала, не знала. При всей ненависти к родне Аскора у неё было множество вопросов, на которые хотелось получить чёткие ответы. Она терялась в догадках: что могло заставить столь могущественное существо покинуть Остров? Где он сейчас? Почему именно они должны его спасать? Кхиту видит в этом какое-то искупление? Или искренне наслаждается их беспомощностью? И кем были те волчица и человек при жизни? Почему  подчиняются венценосному гаду? Наконец, что будет с Альянсом, освободи они Аскора? И кто, собственно, они?.. Ригель ушла, Саундвейв… Волчица встряхнула головой: не время распускать нюни. Вернёмся к главному.
[indent] Лапы инстинктивно несли её к Верхнему Сумрачному лесу. Это было опасно, это было полнейшим безумием — ступать туда в одиночку. Но что-то, казалось, звало её. Нессе этот зов не давал покоя. Ни днём, ни ночью. Весь месяц она провела без сна, без отдыха, стремительно худея и точно так же стремительно теряя товарищей. А сегодня — последний день. Возможно, сестрёнка Ри тоже это слышит. И Сири слышит. И Саунд. И им тоже кошмары мешают жить. Решить это можно только вновь встретившись с Кхиту и дав ему ответ… Несс уже знала, что ответит. Одна она там будет или в полной боеготовности с остальными.
[indent] Так, валькирия сама и не заметила, как сплошная зелёная стена обступила её со всех сторон, и навязчивый смолянисто-хвойный запах вскружил голову. В её оживших воспоминаниях это был всё тот же прекрасный и безопасный лес.  В котором она бегала ещё волчонком, в котором училась охотиться, в котором… ох.
[indent] Призраки прошлого проносились мимо Нессель, звучали звонкий детский смех и призывающий на охоту вой, шумел в кронах ветер, и жизнь, казалось, только начиналась. С мечтательным, с влюблённым взором она ждала Кхиту, совершенно не нервничая и не задумываясь ни о чём. Память о былом, об этой земле, богатой и вечной, — вот что давало ей сил, даже если она была совсем одна.

Отредактировано Нессель (2018-08-12 20:39:18)

0

255

--->> Вне игры

Сезон «Ветер Перемен»
8 июня 188 года

Исход любой битвы невозможно определить заранее © Кума

Не стесняясь своего преследования, Матавар не старалась вести себя тихо. Вместо бесшумного шага она бежала рысцой, задрав голову и выпрямив спину, стараясь держаться на значительном расстоянии от состайницы и предоставляя ей время побыть в одиночестве. Если она меня до сих пор не услышала, значит, погружена в свои мысли. Да и вид у неё был.. лучше не трогать. Пусть поговорит с собой, что-то решит. Так лучше. Надеюсь, это придаст ей уверенности, а все сомнения уйдут прочь. Волчица вспомнила, как некоторое время назад видела Нессель задумчивой, глубоко погружённой в какие-то личные рассуждения, что мухами роились под черепной коробкой, удручённой, но всё ещё не теряющей веру в себя, свои силы и будущее "завтра". Казалось, она продолжает бороться, несмотря на то, что эта борьба  ранит её. Сейчас тяжело всем. Всем, кто предан. Губы скривились в усмешке.
В последнее время стайные ряды поредели, всё меньше стайных морд ты мог увидеть возле логова или на территории стаи. Они убегали. Одни боялись, другие преследовали личные цели. Матавар не понимала, что ими движет, не понимала, как они могут так поступать со стаей, так подводить его. Сейчас весь её мир рушился на глазах, всё, что было ценно - исчезало с каждым днём, всё, во что она верила и кому доверяла - оказалось враньём. Я считала их своей семьёй. Фрактал снова подарил им семью, он сплотил нас, он вернулся. Так почему они убегают? Мысли о том, что все эти улыбки, смех, счастливые морды и добрые слова были всего лишь иллюзией, что, как оказалось, не все готовы броситься на врагов, лишь бы защитить свой дом, поддержать вожака и отстоять свою честь - всё это съедало изнутри, стирая добрые мысли и заменяя их только лишь на чувства: гнев из-за смены старого времени и совершенно новой жизни, презрение к исчезнувшим и тоска по былым временам и той сплочённости, которая была раньше. А была ли на самом деле? Некоторые мысли отдавались в сердце болью. Душа тихонько плакала в углу.
Старший поддерживает оставшихся, но его в последнее время видно мало, надеюсь, он в порядке. Младший, - из груди вырвался хриплый смех, убежал. Впрочем, ожидаемо. Надеюсь, он попадёт к Пожирателям. А вот отец... - сердце попало в клетку, прутья которой постепенно сжимались, с разных концов кромсая сердце на кусочки. Он тоже убежал. Я не видела его давно. Тяжело было думать о том, что он тоже оказался предателем. Всегда тяжело осознавать, что те, кого ты любил и кем дорожил, оказался вовсе не тем, кого ты долгое время знал. Получается, ты никогда их и не знал вовсе, они тебе чужие, и всюду ощущение, будто бы тебя водили за нос. А вранья не любит никто. Особенно в свою сторону. В частности от близких.
Таким образом, в последнее время Матавар свыкалась с мыслями, что змеи могут быть ближе, чем кажется, лицемерие очень хитро, так что всегда нужно быть к нему готовым, близкие могут оказаться тебе не родными, и что доверять и слушаться нужно в первую очередь самого себя. Волчица постепенно закрывалась от мира. Ей уже не требовались маски, чтобы общаться с другими и не ранить их чувств, всё-таки раньше она ценила семью и их чувства, чтила устав стаи. Но сейчас ничего не оставалось, так что и сдерживать себя не было необходимости. В стае нужно было выполнять правила, но была ли она для них рождена? Кто знает, что на самом деле приготовила судьба для Матавар? Какой она станет без правил и своего вожака?
По телу пробежала дрожь. Как можно без него быть? Иногда Фрактал казался целым миром, намного ценнее горячо любимого старшего брата, намного ценнее даже собственной жизни, которую самка пока по молодости и лёгкой жизни не слишком ценила. Горячая голова, так и норовит вляпаться в историю. И сейчас, даже мимолётная мысль о том, что в случае распада стаи, а она была к этому готова, как бы не хотелось ей в это не верить, она этого не отрицала, придётся расстаться с вожаком, её била дрожь. Она готова была уйти из стаи, но не готова была расстаться с ним. Очень противоречивая душа.
Думая о своём, волчица всё-таки не теряла из виду рыжую Нессель, которая, словно болотный огонь, уводила самку всё дальше и дальше, следуя, наверное, по личным ориентирам или чутью. Ей богу, стоит потом попросить её потренировать меня в навигации. И как она тут ориентируется? Как-то получив наказа не ходить сюда, Вар сейчас всё было в новинку, отсюда и удивление целеустремлённости Несс. Она уже была здесь. Они ходили в экспедицию. Но исход этой встречи был мало чем известен Вар. Она знала, что нужно найти оленя. Большего ей не требовалось. Получу подробности от неё, когда догоню. Не знаю, обрадуется ли она мне. Сейчас волчица была в роли шпиона-преследователя, ей очень хотелось помочь стае, потому что она знала, что в случае находки этого самого оленя, что-то изменится в лучшую сторону; ей хотелось быть полезной не только Несс и на время отогнать от неё плохие мысли, если таковые были, хоть в данное время это было бы очень сложно, но попытаться стоило, но и, наверное, самое главное, хотелось быть полезной ему. Его стая - его наследие. Я не могу просто так опустить лапы и смотреть за приближением конца. Не могу убежать. Духовно я связана по ногам и лапам, я не могу просто так оставить его, оставить стаю и найти себе новый дом, - на губах горькая усмешка, - как будто новый дом найти так просто. Да и кто сказал, что это конец? Его ведь можно отвратить или самому придумать продолжение истории. Так почему бы этим не заняться? И волчица прибавила ход.
Через несколько минут удалось нагнать состайницу, поравняться с ней, нахмурить брови, внимательно уставиться ей в глаза и хрипло бросить:
- Привет. Я помогу.
В груди пылала ненависть, щекоча изнутри и заставляя постоянно совершать множество мелких хаотичных неосознанных движений, вроде переступания с лапы на лапу, подёргивания ушами. Внешне это можно было бы списать на страх или тревогу, но тело Матавар хотело действовать, ему не терпелось начать. Сейчас она была в полной боевой готовности, вся во внимании, готовая действовать.

+2

256

Верхний сумрачный лес встретил волчиц практически мертвой тишиной. Почти все звери и птицы давно покинули это место, уходя как можно дальше от точки, где вовсю развернулась битва между жизнью и смертью. Лишь немногие, кто находились с Кхиту в хороших взаимоотношениях, могли спокойно прогуливаться по узким тропинкам, не боясь за свою шкуру. Несмотря на свой зловещий вид и жесткие условия, олень был известен, как существо, готовое к диалогам и компромиссам. Он не убивал ради удовольствия, не убивал с целью продемонстрировать свои силы и могущество. В отличие от Аскора, его брат был рассудительным и спокойным, но даже он в последнее время был излишне холоден и раздражителен. Сейчас ему лучше было не попадаться на глаза, поэтому, почувствовав появление двух валькирий, парочка оставшихся местных жителей стремглав устремилась к ним. Они перемещались практически бесшумно, поэтому для двух представительниц Альянса появление колоритного дуэта вполне могло стать неожиданностью.

В тот самый момент, когда Матавар уже догнала Нессель, в нескольких метрах перед ними с ветки дерева, подобно капле чернил, соскользнула пантера, перегородив дорогу. Кошка, на вид и на запах, была совершенно обычная. Живая. Ныне, надо заметить, редкое явление в этих местах. Ни жутких шрамов, ни струящейся из пасти жижи - наоборот, шерсть казалась нежнейшим черным бархатом, а в движениях чувствовалась грация и легкость опытного хищника. Мертвые даже отдаленно не способны на такое.

- Эта дорога - прямой к смерти путь, самое время на запад свернуть, - вильнув хвостом, произнес кот и, в два прыжка преодолев расстояние, разделявшее его и валькирий, остановился у колючего кустарника. - Гнев короля, словно пламя пылает, он вас сейчас даже слушать не станет. Зов, что терзает ваш разум и душу, вас проведет через голод и стужу - в место, где казнь совершить попытались, в место, где сны и молитвы остались. Там, у истоков реки неглубокой, рядом болотом непроходимым, беса найдите - подскажет дорогу, страх его душит неотвратимо.

Подняв мощную когтистую лапу, ягуар, а это был именно он, прижал к земле одну из крупных веток, открывая обзор на заросшую мхом и высокой травой тропинку, которая петляла между деревьями, уходя в самую чащу. На ней, смотря в глаза волчицам, уже сидел небольшой облезлый шакал. Его хвост метался в стороны, подметая землю, словно он был собакой, которая много лет ждала своего хозяина и уже не надеялась его увидеть.

Перепрыгнув через кустарник, пантера обошел своего, на первый взгляд, придурковатого товарища, и кивнул в сторону непроглядной лесной чащи, призывая идти за ним. У волчиц из Альянса выбор не велик - попытаться переговорить с Кхиту, либо же рискнуть и последовать за странными незнакомцами в самую глубь проклятого леса, где мертвые бродят, подобно цепным псам, выслеживая нарушителей.

GM-Kai

+2

257

Матавар готова была услышать порицание, недовольство, удивление, может быть даже небольшое облегчение и нотки радости, что теперь Несс не одна, всё-таки есть какая-никакая помощь, а это значительно увеличивает их шансы на благоприятный исход дела, однако ничего этого не произошло. Не успев дождаться внятного ответа от состайницы, Матавар почувствовала резкий запах, который буквально выжигал нос изнутри, заставляя супиться и непроизвольно оголять верхние клыки, что, к счастью, получилось предотвратить в целях самозащиты, ведь непонятно, как на этот жест могли бы отреагировать местные жители. Кошки, - с неприязнью подумала волчица, - все кошки пахнут одинаково неприятно. Повернув голову в сторону неизвестного, правая бровь самки немного дёрнулась вверх. Однако...
Перед ней стояла пантера, вроде самая обычная большая кошка, но шерсть её казалась на удивление гладкой, мягкой и приятной, её хотелось трогать и утыкаться носом, касаться щекой. Хороша, - мысли были сладкими и местами приторными, эта кошка располагала к себе красотой своей шерсти, однако Вар лишь в мыслях хотела дотронуться до неё, в реальности же она ещё больше напряглась, сделав упор на передние лапы и готовясь в любой момента наброситься на неизвестного, мысленно прикидывая, противник это или нет. Передвигается она очень бесшумно. Я её даже не услышала. В отличие от обоняния, слух у волчицы был намного лучше. Быть может, это и есть особенность сумрачного леса? Может мы тоже неслышно ходим? Если нет, то появился очень странный персонаж. Возможно, очень опасный. И самка ещё раз оценивающе пробежалась взглядом по неизвестному.
- Эта дорога - прямой к смерти путь, самое время на запад свернуть, - уши дёрнулись, взгляд быстро метнулся на Несс. Она слышала? Это стихи? Это нормально? Возможно, мне показалось. Гнев короля, словно пламя пылает, он вас сейчас даже слушать не станет. Зов, что терзает ваш разум и душу, вас проведет через голод и стужу - в место, где казнь совершить попытались, в место, где сны и молитвы остались. Там, у истоков реки неглубокой, рядом болотом непроходимым, беса найдите - подскажет дорогу, страх его душит неотвратимо.
Со всей силы придерживая челюсть от упадка, прикусив губы и пытаясь придать себе безразличный вид, Матавар уже умоляюще смотрела на Нессель в надежде найти ответы. Стихи значит. Стихи. Так говорит она одна или все такие же? Это правда нормально? Но несмотря на рифму, волчица смысл всё же уловила, причём слова эти очень хорошо запомнились, буквально вычертились на стенках черепа раскалённым железом. Язык немного онемел, волчица упорно пыталась понять, куда их хотят направить, и стоит ли верить новоприбывшему. С одной стороны - она рифмоплёт, и её шерсть внушают мне доверие, но с другой - я понятия не имею, кто это. А это будет уже поважнее всякой шерсти. Это не шутки, мы не играем, нужно мыслить здраво. Может, Несс знает? Вар кивнула в сторону пантеры и вопросительно посмотрела на рыжую:
- Ты знаешь её? его? Мне непонятно, что это за пол. На самом деле, мысли не могли сосредоточиться на этом, казалось бы, маловажном сведении, и вертелись вокруг совершенно другого.
Они превратились в клубок, который самка упорно пыталась распутать. Гнев короля - это гнев Кхиту. Зов - это наша миссия, глас нашей стаи и её последняя возможность просто быть и существовать. Голод и стужа? - возможно, предстоящие испытания. Место с казнью и прочим были совершенно непонятны волчице, поэтому она надеялась, что Нессель хоть что-нибудь об этом известно или у неё есть свои мысли на этот счёт. А ещё нам нужно найти беса. И ему страшно. Но почему? Надежды прояснить ситуацию и разгадать появившиеся вопросы мысленно легли на плечи состайницы. Всё-таки, она была уже здесь с экспедицией. Должна быть больше осведомлена.
- Нессель, - начала волчица негромко, не упуская из виду пантеру и внимательно наблюдая за малейшими её движениями, - что думаешь?
Вар внимательно следила за тем, как кошка открыла для них новый путь, увидела тропинку и сидящего на ней.. шакала? Он очень плохо выглядит. У него проблемы с шерстью, хочется всё оторвать, чтобы было нормально. Тот был, на удивление, так счастлив их увидеть, что не переставал вилять хвостом и заглядывать в глаза. Матавар фыркнула. Он меня даже не знает, видит впервые, так зачем так унижаться? Противно. И самка высокомерно посмотрела на незнакомца. Но впервые ли? Мысленно было принято решение держать себя в лапах, даже в плане такого низкого, на первый взгляд, зверя, потому что непонятно, следили ли за ними, и не продолжают ли следить до сих пор. Но не думаю, что он может наброситься. Наверное, он наш проводник. И мельком самка взглянула на саму тропинку, на которой сидел шакал, предварительно кивнув ему в знак приветствия: и не было ей конца. Тропинка терялась среди деревьев далеко-далеко, не возможно было понять, что их ждёт дальше, и смогут ли они найти выход, и смогут ли беспрепятственно дойти до реки. Конечно же нет. Однако, судьба предоставила им выбор: искать Кхиту и попытать удачу с ним или довериться этим незнакомцам и всё-таки, наверное, значительно продвинуться в поисках.
- Я выбираю их, - решительно заявила волчица, - мы не можем им доверять, но с ними наши шансы на благополучное завершение миссии увеличиваются. Матавар посмотрела Нессель прямо в глаза. Мы должны попытаться.

Отредактировано Матавар (2018-08-21 19:21:28)

+1

258

«Судьба нуждается в посредниках и возводит свои крепости из камней, скрепляя их с помощью подобных случайных соглашений, которым вначале не придают особого значения».
Шантарам

[indent] С деревьев дождём лился солнечный свет, но лиственно-хвойный шатёр был безразлично непроницаем, густ. Потому капли терялись ещё в кронах, точно деревья хватали их цепкими ветвями и уничтожали во тьме, что царила тут и днём, и ночью.
[indent] Нессель подняла голову и зажмурилась, представляя, что солнце достаёт её лба и носа и целует трепетно и нежно, как мать своего дорогого ребёнка. На мгновение волчица ощутила пустоту, но чувство было ненастоящим. Ведь в серой утренней шали кутались воспоминания о днях, давно забытых и прекрасных, а их призраки оставляли следы на всём, чего касался взор валькирии.
[indent] Обернувшись, она столкнулась взглядами с Матавар. Несс удивилась, но удивление было приятным, и улыбка мягко осветила её мордочку, точно она встретила ещё один отголосок прошлого. Однако Вар была настоящая. Тёплая и мягкая. Своей фигуркой она разгоняла подавляющую сумрачность утра, и встреча с Кхиту уже не так пугала.
[indent] «Да, — подумала Нессель, — иногда жизнь преподносит нам неожиданные подарки как раз вовремя».
[indent] Как бы ни хотела валькирия отговорить состайницу от сего рискованного предприятия, в глубине души ею отчётливо осознавалось, что задача ей одной не по плечу. В Несс взыграла западная гордость, отбрасывающая благоразумие и твердившая: «Мы должны защищать то, что имеем». Матавар была будущим этих земель, наследницей их заветов. А Кхиту — опасной заразой, уничтожающей это наследие. Нессель стоило отослать молодую амазонку и придумать ей менее рискованное задание, однако… Лес, стеной окруживший воительниц, ужасал. Он больше не был тем, чем казался прежде. Он был угрозой и задавил бы их поодиночке. К сожалению, Несс не могла позволить себе отказаться от помощи Вар, как бы ни пугало её то, с чем они столкнулись: никто больше не придёт, понимала она, и им некуда отныне возвращаться. Этот день - точка невозврата.
[indent] — Хорошо, — просто ответила волчица. Глаза её, казалось, потемнели от захватившей сердце печали, но смотрела она уверенно, твёрдо, как будто была скалой, бесстрашно встречающей буйство шторма.
[indent] Нессель вдруг просто поняла, что чувствовали, наверняка, старшие и вожаки, когда она, будучи юной и наивной волчицей, внимала им с надеждой и доверием, вручая свою жизнь. Она осознала, как это больно, когда ты ничего не можешь сделать, только оставаться рядом и постараться прикрыть спину товарищу. Потому что никто, кроме вас, не сможет сделать то, что должно, и, к своему стыду, ты улыбаешься наперекор уничтожающему тебя страху. Со всею полагавшейся ответственностью она принимала эту роль: так получилось, что это придётся сделать им, и будь что будет.
[indent] «Клянусь именем Амонкиры: ты не погибнешь. Я не погибну. Что бы ни случилось, эта земля будет жить. И да смилуются над нами боги...»
[indent] — Матавар… — Начала было Нессель, но их прервали. Она спокойно обернулась: в её движениях сквозила грация, повреждённая лапа забыла, что должна хромать, а плечи валькирии расправлялись, словно крылья. В глазах горел огонь, поддерживаемый сжигаемыми в нём осколками сердца Несс — прочь малодушие.
[indent] Пантера будто была сделана из шёлка: шерсть переливалась, точно освещаемая луной поверхность реки. В каждом шаге — опасность, но не направленная на волчиц, а рассеивающаяся в скорбной тишине. Они были в одной лодке, быстро поняла Нессель. Это их общий дом. Кхиту грозился уничтожить его, и горе тем, кто не склонил головы или не сбежал. Принадлежали ли валькирии к коленопреклонённым или беглецам? Нет, они были где-то посередине, цепляясь за верность вожаку и стае. А значит, угроза для них автоматически возрастала… И всё же гигантский кот говорил с ними и вроде бы предлагал помощь. Несс не хотелось верить, что им приготовили очередную ловушку: они шли на свидание с судьбой, возможно, смертью, что может быть ещё хуже этого? Ей хотелось доверять утреннему гостю и его словам, какими бы запутанными и приторно-сладкими эти слова ни были.
[indent] — Ты знаешь её? Его?  — Спросила Матавар.
[indent] Валькирия молча покачала головой, внимательно слушая незнакомца и, пока тот говорил, переглядываясь с напарницей: Нессель казалось, что она читает мысли Вар. С королём, Зовом и различными испытаниями, с которыми они непременно столкнутся, всё было понятно: Кхиту не хочет их видеть без Аскора, приди они сейчас к нему — привет новая увлекательная жизнь в качестве мертвеца, марионетки долбанутого на всю голову оленя. А чтобы вернуть Аскора, нужно следовать на Зов — он приведёт их к пункту назначения. Единственное, что никак не могли понять валькирии — это любопытную историю с чьей-то казнью. Янтарная лощина считалась местом упокоения Амонкиры, и сначала Нессель подумала про неё, но потом отогнала неверные мысли. Никаких захоронений на Западе она не знала. Если только исчезновение Аскора как-то не связано с его смертью… Тогда вернуть плотоядного братишку Кхиту будет сложнее, чем Несса думала.
[indent] «Надеюсь, казнь с этой рогатой заразой никак не связана», — подумала волчица, нахмурившись. Ей всё это вообще не нравилось, но её желания тут мало учитывались. Она ощутила себя неким подобием наёмницы, и внутренне её всю перекосило от отвращения. Не было в их деле благородства, с каким склоняешь голову, когда ведущая приказывает тебе идти и погибнуть за Валькирий. А раз благородства не было, то и чести вся эта спасательная «экспедиция» не принесёт. Она лишь со злорадством надеялась, что найдёт Аскора в потрёпанном виде и обломит ещё один рог на его венценосной башке. В память о Зольфе.
[indent] — Нессель, что думаешь? — Вернула её на землю Вар.
[indent] Несс испытующе посмотрела на пантеру.
[indent] — Думаю, что у нас нет так много вариантов. — Проронила она, не сводя взгляда с удивительно красивого проводника  и без обиняков поинтересовалась:
[indent] — Почему ты помогаешь нам? Ты не боишься «гнева короля»?
[indent] Ягуар приоткрыл лиственный занавес, и волчицы увидели тропинку, уводящую вдаль, предполагаемо к Бесу. А на тропинке застрял с неописуемо глупым видом шакал. Матавар всю перекорёжило от отвращения. Нессель задумчиво смотрела.
[indent] — Я выбираю их. С ними наши шансы на благополучное завершение миссии увеличиваются. — Заявила вдруг Вар, заставив амазонку вздрогнуть от неожиданности.
[indent] — Нам и так и так придётся предстать перед Кхиту. Он и так и так зол на нас. — Мягко напомнила она напарнице, всё ещё внимательно следя за ягуаром. Тот передвигался так, будто земля была льдом, а он скользил по ней, не оставляя следов. — Но ты права, он вряд ли даст подсказку, где искать Аскора. Ему и хочется и колется не оставить от этой земли и кусочка. А Бес…
[indent] Несс недовольно дёрнула ушами.
[indent] — Пообещай мне быть осторожной, Мата. Бес не тот, кем кажется. Он знает много, но Кхиту предупреждал, что он обманет нас и кинет при любой возможности. Если он знает дорогу — пусть так. Но сделок я с ним заключать не стану. — Предупредила она проводников. Заглянув в пылающие негодованием глаза, с ней мало кто решился бы спорить.
[indent] Нессель осторожно последовала за ягуаром, вся напряжённая и сосредоточенная, искренне надеясь, что в любой момент сможет вернуться назад.

+1

259

Кот, внимательно наблюдавший за поведением валькирий, только слегка прищурился. В его янтарных глазах отчетливо читалось какое-то коварство и любопытство, словно они все сейчас находились на шахматной доске и черные фигуры сделали первый ход. Судя по поведению волчиц, Кхиту для них был загадкой, которую только предстояло разгадать. На секунду пасть пантеры растянулась в пугающей усмешке, а глаза сверкнули алым. Лишь на секунду, пока гостьи переговаривались между собой и не могли этого заметить. Сейчас ходят белые...

— Почему ты помогаешь нам? Ты не боишься «гнева короля»? - прозвучал ожидаемый, если не сказать предсказуемый вопрос. Услышав его, ягуар небрежно вильнул хвостом, но его движения всё равно были чарующе-плавными. Слишком плавными, аккуратными и выверенными для обычного дикого зверя. Шакал, сидевший подле него, прижал к голове уши, с опаской смотря на двух любопытных волчиц. Валькирии даже не представляли, каким тонким был лед, на который они сейчас ступили. Заметив скованность своего маленького лохматого друга, кот провел кончиком хвоста снизу вверх, вдоль всего плешивого позвоночника. Сейчас. Ходят. Белые.

- Я рожден был из горя, слёз, боли и гнева. Там, где черные воды бегут в океан, - мурлыкающе-заискивающим голосом начал ягуар. - Там, где души, как птицы из адского пепла, устремляются ввысь, к голубым небесам. Много крови испила земля в те минуты, много криков и слов утонули в ветрах. Я рожден Королем, его гневом был вскормлен. Его свет, его тень, его власть, его страх.

Практически прошипев последнее слово, ягуар растянулся в какой-то безумной усмешке, обнажая сверкающие серебристые клыки. Шакал, сглотнув, обернулся, осторожно встретившись взглядом со своим таинственным напарником. За все время своего пребывания здесь, малыш не проронил ни единого слова, но в глазах его читался неподдельный страх, стоило ему только взглянуть на пантеру. Определенно, этот кот был живее всех живых, но он явно что-то скрывал. И даже мертвецы сейчас, в какой-то степени, выглядели безобиднее.

Издав сдавленный, насмешливый фырк, ягуар неожиданно вернул себе игривое настроение, запрыгнул на одну из толстых веток и, перепрыгивая с одного дерева на другое, двинулся вперед, вдоль извилистой тропы.
- Пойдемте, нам нельзя отставать от него... - тихим, дрожащим голосом, произнес шакал. - Он - единственная причина, по которой мы все еще не тронуты слугами Кхиту. Останемся без его покровительства - и живыми точно не уйдем. Быстрее!

Последнюю фразу зверек озвучил уже сорвавшись с места и бросившись вслед за своим товарищем. Волчицы, оставшись позади, могли услышать доносившийся из чащи хрип - что-то приближалось, и явно недружелюбное. Валькириям необходимо было последовать за странной парочкой, иного выбора у них уже не было.
В той стороне, куда убежали пантера с шакалом, сверкнула слабая синяя вспышка.

GM-Kai

+1

260

- Почему ты помогаешь нам? Ты не боишься «гнева короля»?
Такой простой вопрос, но такой необходимый. Он навёл на многие мысли.
Нессель сейчас была такой спокойной и рассудительной: нормально отнеслась к шакалу, так что её морда даже не стала страшной гримасой, слушала пантеру внимательно, - казалось, в любую минуту готова была что-то придумать или предпринять. Она не теряла головы, не отдавала своё тело в рабство чувствам. Мысленно Вар провела аналогию: Несс словно только что вышла из холодной реки в жаркий день, и мысли её были свежи и чисты, совершенно ничем не затуманены, в то время как Мата пыталась побороть песчаную бурю, с каждым разом глотая всё больше песка, что заставлял кашлять, забивался в лёгкие, и спасение было только в моменты отступления или когда самка оступалась и припадала коленом к земле. Вар глубоко, очень глубоко в душе завидовала этим качествам состайницы белой завистью. Она равнялась на Несс, хотела бы также не поддаваться чувствам, нормально ко всему относиться, не удивляться мерзкому шакалу и не заглядываться на пантеру, но как бы неприятно не было это осознавать - сейчас она только лишь постигала это тайное искусство. Закрываться от других, надевать маски, не доверять - это совершенно другое, будто только лишь зачатки того растения, которое в скором времени должно вырасти в огромное, крепкое и неприступное дерево. И имя ему - воля. Сейчас же в этом она значительно уступала состайнице, и пусть самка пыталась сохранять бдительность, не расслабляться ни на минуту и отодвигать на второй план все свои тревоги, страхи и сомнения, старалась быть "храбрым воином", который должен, просто обязан сделать всё возможное ради своей стаи, всё же в груди она буквально ощущала этот колючий комочек с иголками, сотканный переживаниями и ответственностью момента, который находился в постоянном движении, иногда царапая так сильно, что хотелось согнуться и искусать себе лапы, лишь бы перекрыть одну боль другой. И в такие моменты именно сам факт того, что такая спокойная и рассудительная Нессель была сейчас рядом с Вар, стояла очень близко, выступала иногда будто бы в роли старшей сестры, поддерживала просто всем своим существованием и присутствием в данный момент времени, в абсолютно каждую секунду, - всё это очень сильно сохраняло стойкий дух, уверенность и здоровый рассудок Матавар. И даже этот простой вопрос дал почувствовать, что вместе - лучше, вместе - надёжнее, вместе они точно справятся. Мы обязаны справиться.
- Я рожден был из горя, слёз, боли и гнева. Там, где черные воды бегут в океан,-  Вар уже не удивлялась стихам, запретила себе удивляться. В груди неприятно жгло - не терпелось понять, какой смысл скрывается среди этих рифмованных строчек. - Там, где души, как птицы из адского пепла, устремляются ввысь, к голубым небесам. Много крови испила земля в те минуты, много криков и слов утонули в ветрах. Я рожден Королем, его гневом был вскормлен. Его свет, его тень, его власть, его страх. Ягуар выглядел безумным. Вар не чувствовала ничего, она не знала, что чувствовать. Он меня даже не пугает. Если кругом мертвецы, если где-то бродит рассерженный Кхиту, то улыбка этого кошачьего не может казаться странной. Не удивлюсь, если у него секрет под шерстью, и он вообще не живой. В глазах сверкнуло пламя. Удиви меня, попробуй. Вы все ничто по сравнению с распадом моей стаи. Меня пугает больше его немилость - моя смерть, а не твоё безумство и коварство. Губы растянулись в усмешке. Попробуй удивить того, кто стоит на краю пропасти, которая ведёт к концу этого мира. Моего мира. Ты просто пешка, а мне нужно поговорить с королём. Ягуар запрыгнул на толстую ветку, и решил пойти "верхней" дорогой. Он стремительно удалялся.
- Пойдемте, нам нельзя отставать от него... - прозвучал жалобный, дрожащий голос откуда-то снизу. Опустив голову и посмотрев на тропинку, Вар увидела напуганного словно до полусмерти шакала. На секунду, Вар испытала к нему жалость, но сжала это чувство в плотный комок и поместила куда-то на задворки души. Не время сочувствовать ему. Он - единственная причина, по которой мы все еще не тронуты слугами Кхиту. Останемся без его покровительства - и живыми точно не уйдем. Быстрее! Он даже не смог договорить, сорвался и помчался вслед за римфоплётом. А в голове почему-то задержались мысли о том, что кошачий служил для волчиц неким оберегом. Вар вздохнула. Было бы только это правдой. А шакал жалкий. Но чем-то очень сильно напуганный.
Треск. Громко. Хрипит. Недалеко.
Вар инстинктивно обернулась на звук, тело напряжено. Ничего хорошего ждать тут не стоит. Черт возьми, мы даже не знаем, что это. Сейчас неизвестность убивала. Шум настораживал, хотелось сорваться с места и побежать за шакалом. Глубоко в мыслях - как шакал. Пугает. Но не время бояться. Сжав зубы, самка приблизилась к Несс, быстро уткнулась носом в её шею, провела щекой по холке.
- Побежали? Голос приятный, на губах видна улыбка, взгляд устремлён на взгляд Нессель, пытаясь понять, что та на самом деле чувствует, а также попытка поддержать. Вар отдалённо начинала понимать, что на самом деле происходит, истинное осознание данного момента, отдалённо начинала понимать, что кто-то их них может погибнуть, если не обе. Всякое может быть. Ответственность давила изнутри, словно могучая рука сжимала шею, пыталась вырвать хребет. Вар была далеко не лидером, совсем не лидером, и ей было куда проще и легче выполнять чьи-либо указания. Несс, пожалуйста, веди меня. В глазах читалась мольба. Не хотелось ни о чём жалеть, потому-то она и подошла. И если кто-то из нас умрёт, пускай она знает, что мне не безразлична. Совсем как старшая сестра. Я ведь так редко говорю кому-то о своих чувствах. И в самом деле, проявление такой нежности было поистине чудом света, увидишь не каждый месяц, и сейчас Вар выпускала свою душу на волю, чтобы она смогла сделать глубокий вдох, насытиться происходящим, почувствовать себя живой, чтобы потом надолго схоронить.
Секунда, и взгляд стал жёстким. Тёплое согревающее пламя замёрзло, осколки ледяной глыбы становились всё больше, пока не заполонили всё пространство. Чувства исчезли. Железный занавес опущен.
Глаза потускнели, улыбка исчезла, Вар развернулась и ступила на тропу, все ещё различая вдалеке силуэты своих проводников.
Сейчас всё и начнётся. Что-то поистине интересное. Глубокий вздох.
- Не оглядываемся назад, пошли, - голос низкий, голос хрипит, словно душат какое-то животное, а оно сопротивляется. Нам нужно догнать их.
И не оглядываясь, побежала вперёд.

Отредактировано Матавар (2018-09-30 07:49:58)

0


Вы здесь » Последний Рай | Волчьи Истории » Запад Острова » Верхний Сумрачный лес